Роль образа природы в битвах уся

Жанр уся распространен в китайском кинематографе и часто демонстрирует зрелищные боевые сцены, где герои применяют почти фантастические способности боя. Главное отличие уся (武俠, «герои боевых искусств») от подобного жанра сянься (仙俠, «бессмертные герои») в том, что излишней фантастики и магии в боях не применяется, отчего кадры смотрятся более лаконично и не пестрят фантастическими потоками магии. К тому же уся появился раньше в силу более простого исполнения еще до появления компьютерной графики. В отличие от многих других киножанров, где природа служит нейтральным фоном, в уся она интегрирована в саму драматургию действия. Визуальное исследование фокусируется на боевых сценах ( основных для данного жанра), где взаимодействие героя и пейзажа проявляется наиболее ярко и многослойно. Анализ именно природных, а не архитектурных пейзажей, позволяет выявить основные для жанра визуальные ходы.

В исследовании рассматриваются 6 фильмов, отобранных по критериям принадлежности к жанру и визуальной значимости. Также выбирались картины разных периодов времени, чтобы отследить каким образом те или иные режиссеры создавали пейзажи в боевых сценах:

«Однорукий меченосец» (1967), «Касание дзена» (1974), «Крадущийся тигр, затаившийся дракон» (2000), «Герой» (2002), «Дом летающих кинжалов» (2004), «Тень» (2018)

Основная гипотеза исследования заключается в том, что природный ландшафт в сценах сражения является многофункциональным драматургическим инструментом, последовательно выполняющим три ключевые функции: как физическое пространство, как эмоциональная составляющая и как метафоричность образов из китайской культуры.

В качестве источников подобраны научные статьи, исследующие эстетику жанра уся и его связь с традиционной китайской культурой, тексты о символизме тех или иных образов, рецензии и описания к фильмам, отзывы критиков.

Рубрикация выстраивается по принципу функции пейзажа в сценах. От более физической к философской. Рассматриваются:

1. Пространство, как арена для боя
2. Отражение эмоционального состояния
3. Метафоричные образы Для начала рассматривается более понятная роль пространства - физическая, где предложены варианты разных природных пейзажей и рассматривается их влияние на технику боя героев, сложность элементов, препятствия и преимущества. Здесь акцент идет на сам кадр и монтаж, хореографию актеров. Далее анализ касается драматургии и исследует, как образы соотносятся с состоянием героев в сцене в конкретный момент. Анализ меняет фокус на символику цвета, освещение, роль самой природы, ощущения. Завершает исследование анализ с более философской точки зрения. Рассматриваются метафоричные образы, значимые для китайской культуры, симметрия или асимметрия кадров, более глубокие смыслы.

Самая очевидная роль окружения в уся - своеобразная природная арена для боя. Это и ее первостепенная роль. Прежде чем стать символом или повлиять эмоционально, ландшафт выступает как совокупность физических условий — рельефа, текстур и масштабов, — которые напрямую диктуют тактику, ритм и хореографию противостояния. Природа может как мешать, так и помогать сражению, давая больше пространства или уменьшая его.

В "Касании Дзена" появляется бамбуковая роща, которая часто встречается и далее в более современных картинах. Такое пространство в силу своей загруженности растениями превращается в лабиринт, диктующий правила ближнего боя. Кроме того, режиссер работает с пылью на фоне, подсвечивая ее сквозь стволы бамбука, создавая туманность и ухудшая видимость. Герои спотыкаются, натыкаются на растительность, в какой-то момент бойцы стремятся подстроить площадку под себя и превращают бамбук в тактическое оружие, срубая стволы. Это кстати является значимым приемом в искусстве дзена - акцент на прямом, невербальном постижении истины, интуиции и простоте. Сила в интуитивном и быстром действии. [8] В целом, для зрителя тоже создается преграда и пространство начинает рябить из-за обилия бамбука и дыма, это невольно отсылает к ощущению этой странной тесноты пространства.

А вот сражения в "Крадущемся тигре, затаившемся драконе" и "Доме летающих кинжалов" - невероятные в своей хореографии, ведь происходят на верхушках рощи. В силу появления новых технологий, техника боя становится сложнее, правда Энг Ли в своем фильме только прощупывает полеты на торсах, из-за чего некоторые элементы выглядят ненатуральными. По слухам, фильм "оказался иллюстрацией популярной теории о «невесомом теле» в современном кино." [4]

Подобного не скажешь о фильме Чжана Имоу, где хореография выглядит уже более реалистично. Но не акцентируя внимание на технике боя, стоит вернуться к особенностям ландшафта. Ветви создают неустойчивость, все усиливается шаткой камерой, герои все время в действии, пространство создает для них арену, требующую координации и пластики. Стволы бамбука так же, как и в «Касании дзена» становятся оружием, либо в качестве своеобразных мечей, либо в физическом свойстве натягиваться и пружинить, подкидывая актеров вверх.

Сцены боев конечно выходят за рамки лесных ландшафтов. В том же "Крадущемся тигре" есть сцена с сражением на лошадях. Это очень динамичная и быстрая сцена, бой происходит на высокой скорости и разумеется пространство для этого подбирается подходящее. Такую схватку было бы сложнее осуществить среди зарослей бамбука, а вот песчаный каньон сюда подходит как нельзя кстати. Он добавляет антуража, горы на фоне придают величественности, здесь также создается ощущение этакого дикого запада. Это пространство в отличие от леса не сковывает, а напротив, дает мощный разгон.

В фильме "Герой" встречается сцена на озере, которая так же влияет на стиль боя. Хореография в сцене скользящая и применяет свойства воды, герои могут использовать гладь озера для более плавного скольжения, они окунают мечи в воду, отталкиваются от водной поверхности. Если в бамбуковых рощах в качестве оружия использовались стволы растений, то здесь сама вода служит помощником. Капли становятся своеобразными пулями.

Таким образом, пейзаж влияет на ход сражения, потому что используются его прямые свойства, будь то лес или поле.

Китайский кинематограф в жанре уся не был бы таким завораживающим, если бы эмоциональное состояние героев оставалось исключительно их внутренним делом. Визуальный язык в уся поднимает переживания на новый уровень, делая их зримыми и осязаемыми через прямое взаимодействие со стихиями. Природа не просто отражает, но и усиливает эмоции персонажей. Дождь, ветер, листья и туман становятся маркером, по которому зритель «считывает» ярость, тоску, надежду или обреченность. Природные силы берут на себя роль визуализации «ци» — внутренней энергии, проецирующей эмоциональные бури героев. [6] Если продолжать рассматривать бой у озера в "Герое", то помимо просторной арены для боя, кадры подсказывают зрителю общее эмоциональное состояние сцены.

Символика цвета у Чжана Имоу в целом особенность его творчества, а в "Герое" еще и является маркером деления истории на разные части. В исследовании рассматриваются только некоторые с присутствием сражений. Синий и голубой цвет смешиваются в понимании зрителя и ассоциируются, как с преданностью и правосудием, так и с иллюзорностью. Более темные оттенки отсылают к печали, а светлые к безразличию и спокойствию. [1] Таким образом, вся сцена создает впечатление неземного спокойствия, медитативного сосредоточения и отрешенности, это усиливается огромными пространствами и горами вокруг. Несмотря на то, что это битва, кадры с водой, плавностью указывают на возвышенно-спокойное настроение героев, их собранность. Есть место и глубокой печали, потому что между кадров зрителю так же показывают сцену похорон.

До этого в фильме присутствует сцена в красно-желтых оттенках и является отражением страсти и мести. Кроме того, теперь битва между двумя женщинами - очень элегантная, легкая и эмоциональная. Зритель видит вихрь листьев, который настолько силен, что сильно перекрывает героинь в кадре, это сравнимо с тем на вихрем эмоций и яростью, которую хотят выместить Луна и Летящий снег. Женщины будто вливаются в этот поток, становясь частью листопада.

Кроме того в конце сражения лес с желтого перекрашивается полностью в ярко-красный. Гнев, страсть, любовь, все подходит под эмоциональную окраску сцены и ситуации: месть за любовь и чувства.