Прекрасное и возвышенное в монументах Югославии

— Концепция — Прекрасное в монументах Югославии i. Субъективная универсальность ii. Благорасположение, лишенное интереса iii. Целесообразность без цели iv. Игра воображения и рассудка — Возвышенное в спомениках i. Математическое ii. Динамическое — «Последние и первые люди» (2020 г.) — Заключение — Источники

Философия и искусство представляют собой два взаимосвязанных способа познания мира, которые дополняют друг друга в стремлении понять природу человеческого сознания и опыта. Изобразительные искусства «создают в пространстве образы для выражения идей». Например, произведения художников Возрождения отражали гуманистические взгляды людей той эпохи, в основу же Северного Возрождения легло религиозно-философское учение «Новое благочестие». Философия, в свою очередь, на протяжении веков размышляет о сущности искусства. Такие мыслители, как Платон, Аристотель, Кант пытались понять природу искусства, представлений, с ним связанных.

Философия и искусство находятся в постоянном диалоге, взаимно обогащая друг друга. Философия помогает глубже понять смысл художественного творчества, а искусство вдохновляет философию на размышления.

Прекрасное. Синтез ваяния и зодчества: Кант выделяет виды прекрасных изобразительных искусств. Одним из них является «пластика», разделяющаяся на «ваяние» и «зодчество». В монументах Югославии можно увидеть черты и того, и другого.

По Канту зодчество — синтез утилитарности и эстетической целесообразности. Он рассматривает такие сооружения как пример искусства, где эстетическое восприятие переплетается с практическими целями, но при этом не теряет своей художественной ценности. Ярким примером такой «целесообразности», связанной с целью, служат споменики — монументальные структуры (архитектурные и скульптурные) второй половины XX века, посвященные памяти жертв народно-освободительной войны 1941-1945 годов. Монументы играли роль не только «капсулы времени», но и политического инструмента выражения новой национальной идеологии.

Согласно философии Канта архитектурные сооружения могут быть прекрасными вне зависимости от их функциональности. В настоящее время, многие памятники ныне не существующей страны воспринимаются зрителем как красивая форма, а не утилитарное сооружение.

При этом сами формы монументов нередко отсылают к природным объектам, изображают «понятия вещей так, как они могли бы существовать в природе». Например, памятники «Каменный цветок» или «Космай». Символические и абстрактные формы данных памятников фокусируют изначально фокусируют внимание зрителя на выражаемых эстетических идеях, оказывают визуальное и эмоциональное воздействие. Так, в спомениках проявляются черты «ваяния».

Возвышенное: В «Критике способности суждения» Иммануил Кант описывает категорию возвышенного, которая превосходит способности чувственного восприятия. В основном Кант связывает проявление возвышенного с природными явлениями. Он описывает опыт созерцания звездного неба, извержения вулкана, как столкновение с величием, вызывающим чувства удовольствия, страха и трепета. Однако возвышенное — не свойство какого-либо явления или объекта, а результат субъективного восприятия человека. Поэтому эта категория может рассматриваться в контексте пластического искусства.

Преобладание природных примеров возвышенного сподвигло меня рассмотреть эту эстетическую категорию на примере другого материала — архитектурных и скульптурных сооружений. Для более глубокого анализа произведений искусства также будет рассмотрена категория прекрасного.

Сегодня споменики продолжают влиять на современное искусство. Особое место в этом контексте занимает фильм Йохана Йоханссона «Последние и первые люди», который не просто показывает описывает споменики с архитектурной или скульптурной точки зрения, а возводит их в ранг ключевых персонажей повествования.

«Критика способности суждения» была написана Кантом задолго до изобретения кинематографа. Однако мне стало интересно останется ли эстетическая теория актуальной при рассмотрении этой формы искусства.

Человек, оценивая объект как прекрасный, считает и ожидает, что и другие люди могут посчитать этот объект таковым, независимо от их вкусов и предпочтений.

Именно поэтому я предполагаю, что читатели данного визуального исследования согласятся с тем, что памятники представленные ниже являются прекрасными.

Кант пишет о том, что при созерцании прекрасного человек испытывает субъективное чувство эстетического удовольствия, при котором человека не интересует «существование вещи». Философ различает благорасположение к прекрасному, хорошему (полезному) и приятному.

Приятный объект ценится за его способность удовлетворять желания или потребности человека. У человека возникает желание обладать этим объектом или же повторить опыт взаимодействия с ним. Объект в данном случае ценится за способность приносить удовольствие, а не за его эстетические качества.

Полезное(доброе) также связано с наличием интереса у субъекта. В отличие от прекрасного, полезное ценится за способность выполнять цели и задачи, «нравится только как средство». К доброму же человек испытывает благорасположение из-за его соответствия принципам морали.

Яркий пример наслаждения без интереса являются памятники Югославии. Их монументальные абстрактные формы создают все условия для чистого созерцательного восприятия.

Памятник «Попина» был построен, чтобы увековечить память места, в котором произошло первое лобовое столкновение партизан и оккупационных немецких сил. Об этом выгравировано напоминание на одном из монолитов мемориального комплекса.

Однако доминантой памятника становятся не надписи, увековечивающие память о военных событиях и павших воинах, а его гармоничные монументальные формы споменика. Благорасположение зрителя к монументу не связано с почтением моральных качеств солдат. Также как и не связано с желанием заполучить объект. Зритель смотрит на монумент как на как на произведение искусства, а не источник наслаждения. Его геометричность и симметрия точно выровненных каменных структур вызывает бескорыстное эстетическое наслаждение. Цилиндрическое отверстие, пронизанное продольными швами и проходящее сквозь все монолиты, притягивает взгляд зрителя, создавая своеобразный портал в мир природы. Глядя через туннель наблюдателю открывается вид на лесистые холмы, которые как бы вступают в диалог с красотой форм монумента. Этот синтез естественного и рукотворного усиливает прекрасное эстетическое восприятия.

В «Критике способности суждения» Кант вводит понятие целесообразности без цели, утверждая, что прекрасен тот объект, форма которого воспринимается как осмысленная(целесообразная), но чья функция или утилитарная задача не очевидна.

Монументы Югославии помимо того, что несли мемориальную функцию, также служили для распространения новой идеологии послевоенной Республики. Идеи «братства и единства» доносились не только с помощью монументальных и целостных бетонных форм в которых люди должны были увидеть крепкое и светлое будущее Югославии, но и с помощью амфитеатров, часто располагавшихся возле памятников.

В центре мемориального комплекса «Кадиньяча» был построен «Плато Свободы» амфитеатр на открытом воздухе, использовавшийся для донесения идеологии.

Круглая форма «сцены» амфитеатра, его своеобразные «стены», представляющие собой скульптурные формы, привлекают внимание зрителя ощущением внутренней эстетической логики, не указывая на утилитарное назначение. Удовольствие от созерцание вызывает не наличие трибун, а синтез органических линий площадки и ритм геометричных структур памятника. Они кажутся продуманными, но зритель не понимает логику их структуры.

При этом сами белые бетонные пилоны своей геометричностью, соединенной с плавностью линий, создают ощущение целостности формы, не давая зрителю причин искать в них практическую цель.