Биоморфный дизайн в видеоиграх

Биоморфный дизайн в видеоиграх представляет собой устойчивый визуальный феномен, воспроизводящийся на протяжении более сорока лет развития индустрии. В отличие от прямого цитирования природных организмов, биоморфный дизайн в играх характеризуются гибридностью, абстракцией и отсылкой к инопланетным формам жизни, вневременным или значительно удаленным по времени от настоящего состояниям материи. Данная тема выбрана в силу её недостаточной теоретической проработанности: большинство исследований видеоигр сосредоточено на нарративных жанрах или геймплейных механиках, тогда как биоморфизм описывается только в рамках классического искусства. Часто исследователи делают акцент на первой половине 20-ого века, упоминают таких авторов, как Пабло Пикассо, Жан Арп, Ив Танги и связывают возникновение этого стиля с автоматическим письмом и трансформацией геометрической абстракции [1]. Актуальность темы обусловлена ростом числа игр, использующих биоморфные формы для маркировки потустороннего, что позволяет рассматривать данный дизайн-принцип как самостоятельный визуальный код. В пример можно привести такие игры, как “Hylics”, “Resident evil” и “Dead space”.

Рассматриваются такие видеоигры, как “Scorn”, “Abadox”, “Ecco the dolphin”, “Fear and hunger”, серии по вселенным "Alien" и другие. Приоритет отдан играм, в которых биоморфный дизайн выполняет нарративную или средовую функцию, а не является случайным стилистическим элементом. Не рассматриваются игры с исключительно флористическим или зооморфным дизайном без элементов гибридности или абстракции.

Первая категория — окружение: биоморфные ландшафты, архитектура и уровни. Рассматриваются такие объекты, как «кишечные коридоры» в аркадных играх и платформерах, органические пещеры, стены из плоти и все, что становится частью среды. Вторая категория затрагивает персонажей и их части: дизайн протагонистов, врагов и неигровых существ, включая модификации тела, мутации. Третья категория объединяет в себе интерфейс, текст и пропсы, так как они часто представлены во взаимодействии. Интерфейс рассматривается как способ визуализации игровой информации через биоморфные формы. Пропсы в свою очередь включают в себя интерактивные объекты, предметы инвентаря и ключевые артефакты, а текст выступает в качестве логотипов. Итого рубрикация имеет следующий вид:

Внутри каждой категории материал описывается по визуальному ритму и степени абстракции: от условно-биологических форм - почти прямому цитированию природы, к полностью абстрактным и неклассифицируемым. Можно провести параллель с концепциями «тела без органов» Делёза [9] и «органов без тела» Жижека [8], где первое – отражение бесформенного, бесструктурного тела, а второе – органы, обретающие автономию.

Ключевой вопрос исследования заключается в том, существуют ли устойчивые закономерности в применении биоморфного дизайна к разным категориям игровых элементов. Выдвигается гипотеза о том, что биоморфный дизайн в видеоиграх преимущественно выполняет функцию маркировки потустороннего, инопланетного или древнего, противопоставленного привычному нам миру. При этом характер биоморфных форм не является произвольным, а подчиняется таким параметрам, как тип элемента, ритмическое повторение и степень абстракции. Предполагается, что данные параметры действуют совместно, образуя определенную типологию. Исследование преследует цель выявить повторяющиеся конфигурации параметров, которые можно считать закономерностями биоморфного дизайна.

В "Super Metroid" биоморфизм локаций строится на чередовании и смешении растительной и «мясной» органики. Тропическая фауна соседствует с участками, где уже видны металлические блоки, созданные людьми, стирается грань между природой и технологией. Элементы тут ритмически повторяются, что создает единое полотно живого паттерна.

В "Life Force" игрок движется через трубчатые пространства, стены которых также функционируют как внутренности живого существа. Эти коридоры сужаются и расширяются, напоминая перистальтику — сокращение стенок кишечника. Главную роль в создании эффекта живого коридора играет визуальный ритм. Окружение организовано как система повторяющихся элементов: сужения сменяются расширениями, а сама плоть состоит из паттерна округлых небольших форм. Это ритмическое повторение создаёт ощущение движения по самостоятельно функционирующей системе. Среда здесь агрессивна, а игрок вынужден подстраиваться под её движение.

Зен (Xen) — это одна из последних локаций в Half-Life, финальная точка путешествия Гордона Фримена. С точки зрения лора, Зен представляет собой «пограничный мир» — измерение, которое раса Нихиланта использует как перевалочную базу для вторжения на Землю.

Островки парящей земли соединены между собой непредсказуемыми телепортами, органические формы хоть и складываются в повторяющийся узор, но скорее напоминает коллаж из разных сред — коралловых структур, кристаллических пещер, губчатых поверхностей — собранных воедино неестественными переходами.

Зен маркирует окончательное отчуждение игрока от привычного мира. Если в лабораториях среда была враждебной, но понятной (учёные, солдаты, знакомые технические коридоры), то Зен предлагает мир, который не был создан для человека и не заботится о его удобстве. Гравитация здесь подчиняется иным законам, живые существа не делятся на «растения» и «животных», а пространство не имеет ни верха, ни низа в привычном смысле. Это финальное подтверждение того, что игрок больше не «у себя дома» и что правила, работавшие на Земле, здесь больше не действуют.

Пустота (The Void) в "Fear and Hunger" — финальная локация, «изнанка мира», пороговое пространство между смертным и божественным, где прежде обитали Древние боги и где возможно вознесение в Новыв богов. Она связана с конечной трансформацией главного героя или других персонажей в зависимости от концовки. Это пустое пространство, состоящее из переплетённых ветвящихся образований, небольших холмов и крупных ям, заполненных светящейся зеленой субстанцией. Формы повторяются как в малых, так и больших объемах, при этом игрок не может однозначно определить, что перед ним: вода, земля, слизь или нечто, не имеющее аналогов в земной природе. Окружение сильно контрастирует с обитателями - динозаврами, в которых узнаются привычные образы. В итоге локация обретает одновременно и архаичную ауру, и сверхъестественную, божественную.

Окружение в "Scorn" — это живой организм, а не просто фон. Стены здесь не построены, а будто выращены: они покрыты пульсирующей биомассой, сочатся, издают звуки, будто им больно, а шаги сопровождаются хлюпаньем. Локации напоминают внутренности гигантского существа, игрок узнаёт в этих формах стены, коридоры и двери, но их органическая природа размывает границу между архитектурой и телом. Визуальный ритм строится на повторяющихся элементах: вены, трубчатые структуры, пульсирующие мембраны и мясистые наросты. Они создают ощущение системности — мир "Scorn" живёт по единому, пусть и непонятному биологическому закону.

"Hylics" — это сюрреалистичная RPG, созданная из оцифрованных пластилиновых моделей. Эта техника придаёт игре тактильность и живость: мир выглядит одновременно рукотворным и органическим. Здесь нет ощущения опасности — враги и ландшафты, какие бы гротескные формы они ни принимали, воспринимаются как часть абсурдной, иной логики, а не как угроза. Все в игре довольно абстрактное, ни одно существо не имеет человеческой формы. При этом отчётливо чувствуется чужеродность — мир "Hylics" словно из другого измерения, однако пластилиновая фактура смягчает эту инаковость, превращая её из угрожающей в созерцательную.