Трансформация перформанса в современной России

Концепция

1. 1990-е годы
2. 2000-е годы
3. 2010-е годы
4. 2020-е годы Выводы

Перформанс в России за четыре десятилетия претерпел радикальные изменения. И в отличие от западноевропейской культуры, где искусство действия развивалось линейно, российский перформанс менялся быстро и кардинально. Эта резкая смена оптики не была до сих пор проанализирована как последовательная эволюция. Именно этот пробел и восполняет данное визуальное исследование.

Моя гипотеза в том, что каждое десятилетие вырабатывает собственную визуальную грамматику, которая может быть описана через следующие формальные примеры: стратегии, визуальный язык и смысловые фокусы в каждом десятилетии, начиная с постсоветского периода и до 2020-х. Хронологические рамки помогают показать, как происходила эта трансформация.

Перед тем как переходить к анализу конкретных примеров, необходимо понимать, что вообще подразумевается под термином «перформанс».

Эта цитата автора книги «Искусство перформанса. От футуризма до наших дней» — одной из основных книг, рассказывающих об искусстве перформанса. И даже тут не приведено одного точного определения термина. При этом мы можем выделить обязательные для него черты. Перформанс — это запланированное действие, которое имеет некий сценарий, проходит в определенное время в определенном месте и на глазах у зрителей.

Для того, чтобы наиболее точно раскрыть теоретическую составляющую визуального исследования были взяты статьи и книги искусствоведов, изучающих перформанс: такие как Роузли Голдберг, Ричард Шехнер и другие. А также прослушаны лекции, в том числе цикл лекций экспертов перформативных практик музея «Гараж». Для анализа работ я взяла несколько наиболее ярких художников каждого десятилетия и их конкретные работы. При этом при работе с 2020-ми, так как еще рано анализировать общие визуальные и смысловые тенденции, я опросила нескольких перформеров, активно занимающихся этим искусством последние шесть лет, чтобы узнать их мнение и взгляды изнутри.

Основной задачей исследования является анализ эволюции российского перформанса. Необходимо изучить как менялись стратегии, визуальный язык и смысловые фокусы. Для системного анализа по десятилетиям в каждой главе рассматриваются эти три параметра. Выделяется как выстроено действие, каким образом влияет одежда, пространство и позы, а также какая тематика доминирует в том или ином перформансе. Для этого рубрикация по хронологии наиболее ярко показывает изменения и позволяет не просто перечислить примеры, а подробно проанализировать последовательность.

Искусство 1990-х годов после распада Советского Союза было построено на протесте. Ломая старое направление, где искусство было политизированным и управлялось государством, а основным видом был Соцреализм, художники начали проявляться резко и эпатажно. Именно тогда появилось отдельное направление в искусстве — акционизм. Его мы не будем рассматривать в ходе данного визуального исследования, так как он является самостоятельной единицей в искусстве действия. Мы же говорим про перформанс, где есть продуманный заранее сценарий, конкретное место, время и зритель. В 1990-е основным местом проведения является городское пространство, реже галереи.

Олег Кулик — один из самых известных современных художников. Сейчас он работает преимущественно с фотографией, скульптурой и инсталляцией, но прославился в России и за рубежом он в 90-х, как перформер-акционист. Мы рассмотрим перформанс, который прошел в Москве в 1994 году.

Перформанс «Новая проповедь» состоялся 15 сентября 1994 года. Олег Кулик забрался на стол для разделки мяса в образе проповедника с терновым венком на голове и мычал. Это был отчаянный крик о несовершенстве вселенной. Перформанс демонстрировал, что человек считающийся центром вселенной превратился в источник опасности, который может распоряжаться судьбами животных. Действие у него было резкое, быстрое, поэтому длительность перформанса всего 15 минут. Пространство выбрано публичное для того, чтобы шокировать зрителя несоответствием места и происходящего действия.

Как говорит сам художник Олег Кулик: «Современное искусство — самоорганизующийся процесс. Это, наверное, единственная профессиональная сфера без четкой иерархии и структуры, что, с одной стороны, порождает ощущение хаоса и бессмысленности, с другой стороны, делает эту сферу самой свободной из организованных».

Это позволяло ломать границы дозволенного, создавать кричащее, пугающее и отталкивающее искусство, которое заставляло зрителей волей-неволей вовлекаться в диалог с художником.

Её перформансы были отличны от резких и эпатажных высказываний Олега Кулика, Александра Бренера и Анатолия Осмоловского. Ее стратегия в другом, она не живет перформансом, но использует моменты своей биографии как материал для работы. В интервью сама Алёна Мартынова говорила: «Мое творчество — это моя работа, а не моя жизнь. И хотя я использую факты своей биографии в творчестве, я разделяю жизнь и искусство. Я занимаюсь искусством, чтобы переносить жизнь».