Роль мультимодального слушания в жизни современного человека

В западной культуре доминирует представление о слушании как о процессе, ограниченном работой ушей: звук поступает в ушной канал, вызывает вибрацию барабанной перепонки, и сигнал передается в мозг. Эта модель не часто подвергается сомнению. Однако повседневный опыт показывает: слушание всегда включает нечто большее. Тело непроизвольно синхронизируется с ритмом окружающих звуков, ритмом музыки (феномен энтейнмента), вибрация низких частот ощущается грудной клеткой, а переживание одних и тех же событий в контексте тихой комнаты или шумной улицы может радикально поменять восприятие одного и того же звукового события.

При этом в сфере звуковых исследований концепции слушания долгое время оставались «слухоцентричными». Экологическое слушание Шейфера фокусировалось на звуковой среде, но не на теле слушателя. Акусматическая традиция предлагала слушать звук в отрыве от источника, культивируя «чистый слух». Реляционное слушание Лоуренс Инглиш вышло к отношению между слушателем и средой, но не специфицировало его сенсорную и материальную природу.

Настоящее исследование обращается к концепции мультимодального слушания, предложенной Стеф Церасо, которая предлагает иной подход, где слушание понимается как мультисенсорное событие, в котором участвуют тело, материалы и контекст. Актуальность темы обусловлена тем, что в повседневной культуре мультимодальный опыт повсеместно распространен, но редко осознается людьми.

Материалом исследования послужили тексты, представляющие пять ключевых подходов к слушанию в sound studies: экологическое слушание Р. Мюррея Шейфера, акусматическое слушание Пьера Шеффера и Мишеля Шиона, Deep Listening Полин Оливеос, реляционное слушание Лоуренс Инглиш и мультимодальное слушание Стеф Церасо. Философскую опору составили работы Мориса Мерло-Понти («Феноменология восприятия»), Жан-Люка Нанси («Listening») и энактивистов Франсиско Варелы, Эвана Томпсона и Элеанор Рош («The Embodied Mind»).

Работа построена как последовательное движение от общей проблемы к конкретному решению. В начале работы кратко рассматриваются четыре концепции слушания, чтобы показать контекст, как люди относятся ко звуку в них. Далее развернуто излагается концепция мультимодального слушания, после чего следуют философские основания, также имеющие общие взаимосвязи с мультимодальным слушанием. Далее на наглядных и знакомых каждому человеку примерах из повседневной жизни демонстрируется присутствие мультимодального опыта и одновременно - то, как может в тех или иных ситуациях проявляться его неосознанность. В конце предлагаются решения, как можно повысить уровень внимания человека к восприятию его окружения.

Источники информации отбирались по своей релевантности к данной теме и проблеме, каждый из авторов прямо или косвенно затрагивает вопрос о том, как звук взаимодействует с телом, материалами и контекстом. Во-вторых, значимость и авторитетность работ для sound studies. Анализ текстов осуществлялся с акцентом на выявление того, что каждая концепция включает в рассмотрение, а что оставляет за рамками.

Ключевой вопрос работы: в какой мере люди осознают мультимодальную природу собственного слушания и что меняется при переходе от неосознанного опыта к рефлексии? Гипотеза данного исследования заключается в том, что в современном обществе люди часто недооценивают, не осознают или недостаточно осознают значение мультимодального слушания в своей жизни.

Задача работы — проверить это предположение и предложить рамку для повышения осознанности.

В аудиальной культуре выделяют пять основных типов слушания:

1. экологическое
2. акусматическое
3. глубокое слушание (deep listening)
4. реляционное
5. мультимодальное

Для понимания, как люди могут относиться к слушанию и воспринимать звук, рассмотрим каждый из данных типов и выделим основные особенности.

Основным представителем экологического слушания является Реймонд Мюррей Шейфер. Им были введены понятия hi-fi и lo-fi звуковых сред, ключевых звуков, звуковых ориентиров. Основная идея данного подхода - слушание не отдельных звуков, а среды в целом.

Важную роль играет практика звуковых прогулок (soundwalks), характеризующаяся внимательным слушанием окружающего мира.

Акусматическое слушание предлагает воспринимать звук таким, какой он есть, вне зависимости от его источника.

В данном слушании также отмечают понятие акусмониума - «оркестра громкоговорителей», используемого для живых исполнений электронной акусматической музыки, которая была заранее записана на физическом носителе.

Ключевые фигуры: Пьер Шеффер, Франсуа Бейль.

Deep Listening - слушание, при котором обращается особое внимание на то, как звуки откликаются, резонируют в теле. Важным является стремление считывать скрытые смыслы, эмоции. Данный подход подразумевает максимальное погружение в слушание, с целью наиболее полно воспринять услышанное.

Яркой представительницей глубокого слушания является Полина Оливерос, которая разрабатывала упражнения и медитации для расширения слухового внимания.

Реляционное слушание - это социальное, перцептивное действие, предполагающее слушание будучи не изолированным индивидом, а непосредственным участником отношений.

Лоуренс Инглиш (австралийский композитор, медиахудожник, основатель лейбла Room40) определяет процесс слушания не индивидуальным восприятием, а событием, возникающем в процессе взаимодействия, слушателя, источника звука и среды.

Вышеописанные подходы рассматривают в основном только слуховое восприятие информации. Глубокое слушание начало затрагивать интонации, язык тела человека, скрытые явления. Лоуренс Инглиш делал акцент на отношении в слушании.

Описанные подходы имеют свою направленность слушания, внимания. Однако они не дают полную картину, задействуя остальные каналы восприятия. Именно это предлагает мультимодальное слушание.

Ключевой фигурой в мультимодальном слушании является Стеф Церасо, доцент кафедры цифрового письма и риторики, факультета английского языка, Университет Вирджинии. Она приходит в sound studies из педагогики, стремясь научить студентов и людей в целом слушать более осознанно в цифровую эпоху.

Данная цитата важна для понимания того, что слушание может включать в себя не только способность слышать с помощью ушей.

Привычку сводить слушание исключительно к работе ушей и интерпретации слышимого контента Черазо называет термином "ear-ing".

Так, термин мультимодального слушания определяется как практика, предполагающая развитие понимания того, как звук формирует различные контексты, материальные объекты и телесные, мультисенсорные переживания, а также как звук сам формируется под их влиянием.

Выделяют следующие измерения мультимодального слушания:

• Сенсорное измерение — как звук воспринимается телом;
• Материальное измерение — как объекты влияют на звук;
• Контекстуальное измерение — как среда формирует слушание.

В связи с тем, что недостаточно учить людей, что звук означает, важно учить их тому, как звук работает и как он воздействует на них — на их тело, поведение, ощущения, Церазо вводит ключевое понятие — переобучение чувств. Целью является отучение от привычки «ear-ing» и наработка навыка замечать то, что всегда происходило, но оставалось в тени.

Один из самых ярких примеров, который использует Церасо — глухая перкуссионистка Эвелин Гленни. Будучи виртуозным музыкантом она не слышит в обычном смысле. Она слушает телом: снимает обувь, чтобы чувствовать вибрацию пола, ощущает резонанс инструментов через руки и грудную клетку, визуально отслеживает свои движения. Гленни показывает, что слушание — это не функция ушей, а способность всего тела резонировать со звуком.

Так, обучение людей восприятию звука как телесного явления может помочь им глубже понять, как звук влияет на их чувства или поведение в различных ситуациях.

У мультимодальнго слушания имеется глубокая философская основа, которая на протяжении XX века постепенно возвращала телу и мультисенсорности их место в теории восприятия. Особенно важны три направления: феноменология тела Мориса Мерло-Понти, философия слушания Жан-Люка Нанси и энактивизм (Варела, Томпсон, Рош).

Морис Мерло-Понти, французский феноменолог, показал, что восприятие — это не работа сознания, а событие, в котором участвует всё тело. Тело — не инструмент, которым пользуется разум, а сама наша точка зрения на мир. Мерло-Понти утверждал, что синестезия (смешение чувств) — это правило, а не исключение: мы слышим твердость булыжников в звуке автомобиля и видим хрупкость стекла в его звуке при ударе. Наши чувства не работают по отдельности — они сплавлены в единый опыт. Тело он называл «узлом живых значений»: оно не пассивно, оно активно участвует в восприятии.