Образ femme fatale в модной фотографии XX века

Рубрикатор

(1) Концепция (2) Хельмут Ньютон (3) Петер Линдберг (4) Эллен фон Унверт (5) Херб Ритц (6) Стивен Мейзел (7) Заключение (8) Источники информации и изображений

Визуальный язык модной фотографии служит не только инструментом продаж, но и зеркалом социальных и культурных процессов, отражая эволюцию гендерных ролей и архетипов. Среди них образ femme fatale — художественное воплощение роковой женщины, чья опасная притягательность сулит гибель.

Что такое femme fatale?

Образ роковой обольстительницы возник в романтизме и демонстрировал красивую женщину, мистическое существо (чаще это была вампирша, откуда пошел синоним vamp, но также многим знаком образ сирены), которая своей притягательной внешностью заманивала мужчин и разрушала их жизни. Особенно этот образ закрепился в кинематографе. Женщины-вамп в них были злодейками, они искушали героев и олицетворяли человеческие пороки. Но уже тогда актриса Теда Бара, сыгравшая вампиршу в фильме «Жил-был дурак» (1915), говорила:

«Вампир, которого я играю, — это месть моего пола его эксплуататорам. Видишь ли, у меня лицо вампира, но сердце феминистки»

Эти слова во многом предсказывают эволюцию, которая в скором произойдет с образом femme fatale в фэшн-фотографии.

Роковая женщина — неотъемлемый образ нуара, здесь она все еще остается антагонистом, но теряет свою мистическую природу. Часто ее сравнивают с хищницей: она обольщает мужчин, чтобы заполучить желаемое. Этой эстетикой в будущем будут вдохновляться фотографы, одевая своих моделей в смокинги и создавая особенный антураж.

Этот архетип был активно адаптирован модной индустрией, найдя свое воплощение в работах ключевых фотографов эпохи. Однако его трактовка претерпела значительную трансформацию: теперь femme fatale про силу и независимость, свободу и возможность распоряжаться своей сексуальностью, на что во многом повлияло движение феминизма. Героиня перестает быть злодейкой, встает на первый план своей небольшой истории внутри кадра фотографа. Она больше не вампирша из древних легенд, а современная женщина, осознавшая свою власть. Феминизм подарил этому образу новое дыхание, избавив его от бремени быть исключительно проекцией мужских страхов и желаний.

Также важно отметить контекст эпохи. Возрождение femme fatale в 1970-80-х стало реакцией на социальные сдвиги и растущее женское движение. Он стал антитезой наивной и добродетельной героине, олицетворяя новую, опасную и сексуально-раскрепощенную женственность. Героиня представала холодной, доминирующей и часто в агрессивной, фетишистской обстановке. Популярность образа была также связана с сексуальной революцией и исследованием табуированных тем в публичном пространстве: многие фотографы делали свои работы провокационными, с чем им помогал этот архетип — он вставал вразрез с привычной, всегда счастливой домохозяйкой или утонченной девушкой без собственного характера, а наделенной только изящностью и красотой.

Для подтверждения гипотезы предлагается рассмотреть работы ключевых фэшн-фотографов второй половины XX века и проследить, как каждый автор видит образ femme fatale и изображает его в своем творчестве.

Говоря об образе роковой женщины, нельзя не упомянуть Хельмута Ньютона, фотографа, который возвел этот архетип в абсолют, сделав его синонимом роскоши и власти. Его героини — это высокие, властные женщины с бесстрастным взглядом, опасные соблазнительницы и сильные героини.

В некоторых снимках Ньютон вдохновляется эстетикой нуара: ночные улицы, модели в смокингах, курящие сигареты, — все это создает атмосмеру кино, которую сложно с чем-то спутать.

Канонично архетипу femme fatale, героини фотографа часто предстают в образе соблазнительниц, окутывающих свою жертву.

Также в снимках, где присутствует мужчины, женщина часто оказывается доминирующей фигурой, а композиция выстраивается так, что героиня находится выше своего партнера

Если в кадре только женщина, она завораживает своим прямым, пронизывающим взглядом. Он может быть холодным, насмешливым, томным или преисполненным скрытой угрозы, но он всегда приковывает и доминирует.

Одна из узнаваемых черт Хельмута Ньютона — провокация: он часто снимал моделей полностью обнаженными, в непристойных или маскулинных позах.

Кроме всего вышеперечисленного он часто прямо показывал независимость и самостоятельность своей героини. В этом, конечно, заметно влияние феминизма. Но образ новой сильной женщины не исключал сексуальность, модели Ньютона совмещали эти черты, из чего и складывалось его авторское видение femme fatale.

Особенно хочется заострить внимание на фотографии 1988 года «Дэвид Линч и Изабелла Росселлини»: мужчина мягко держит руку на шее девушки, с восхищением и желанием смотрит на нее. А она даже не открывает глаза, чтобы взглянуть на своего партнера. Кажется, что она наслаждается собой в этих обстоятельствах: тем, как она красива и желанна, как мужчина заворожен ею. Даже в сюжете, где на первый взгляд доминирует партнер, Хельмут Ньютон показывает роковую обольстительницу, которая наслаждается своей выполненной целью.

Петер Линдберг, как и Ньютон часто вдохновляется разными эстетиками из кинематографа (нуар, вестерн) от сюжетов фотографий до костюмов и освещения. Часто в работах Линдберга героиня выглядит, будто только закончила важное дело, будто кадр вырезали из фильма. Но на его снимках женщины не теряют свою сексуальность, сохраняя роковую привлекательность.