Проект «Ни здесь ни там» был реализован в Галерее A—Б Выставку курировала Саша Кузнецова Даты выставки: 7 мая — 21 мая 2026 года
А также часть экспозиции была представлена в галерее HSE ART GALLERY на Винзаводе Выставку курировала Васса Пыркова Даты выставки: 26 мая — 30 июня 2026 года
общий вид зала «Перемещенные виды»
Миграция — это не только перемещение из одной точки в другую, но и постоянное пересобирание себя, своих привычек, языка, памяти. Вместе с этим неизбежно встаёт вопрос национально-культурной идентичности — к какой нации человек принадлежит, к какой культуре себя относит. Эти вопросы порождают бесконечные споры и попытки отделить «своих» от «чужих». Но если вдуматься, становится очевидно, что национальная идентичность — это не монолит, а сложная конструкция, собирающаяся из языка, памяти, семейных историй, городов, в которых мы жили, и культур, которые нас сформировали.
Я росла внутри абазинской, черкесской и русской культур. Все мои родственники — из аула Псыж Карачаево-Черкесской республики, но социализировалась я в Москве, благодаря чему утратила способность говорить на абазинском и черкесском языках.
Однажды мой отец, владеющий этими языками с детства, посмотрел видео из моего проекта «Уроки абазинского». Он сказал, что я могу выговаривать правильно, но слышны неточности, язык звучит у тебя немного иначе — не так, как у тех, кто вырос внутри него. В этот момент он заметил во мне определенное несовпадение, разрыв — как будто между языком и моим опытом есть дистанция.
И он несомненно прав, он указал мне на это состояние «ни здесь, ни там», которое я активно исследовала в своих последних работах. Именно поэтому я решила обратиться к собственному пограничному состоянию между несколькими культурами. Это состояние гибридной национально-культурной идентичности часто становится следствием миграции. А попытка разделить людей по национальному признаку, найти «чистоту»— беспощадно упрощает сложный человеческий опыт.
входная зона
В своем выставочном проекте я намеренно проявляю тот самый разрыв, который заметил мой отец. Исследую нестыковки, несовершенства речи, жеста, памяти в самой себе и делаю эту ассамбляжность видимой — через гибридность и через неполную принадлежность ни к одной из культур, в которых я росла.
Я фокусируюсь на ситуациях, в которых попытка «примерить» национальную идентичность не приводит к принадлежности, а лишь подчёркивает разрыв. В итоге формируется основной образ проекта — дом, который складывается из кусочков как и моя национально-культурная идентичность. В Москве меня маркируют как «не свою», а на родине я уже тоже не полностью принадлежу среде. Это состояние отсутствия целостного дома сопровождает меня всю жизнь и особенно обостряется в моменты, когда я пытаюсь приблизиться к тому, что было утрачено в процессе миграции.
Пространство галереи разделено на три зала: «Перемещенные виды», «Дом» и «Уроки абазинского языка»
Разговор о миграции как смене места жизни я решила начать с работы «Перемещённые виды», которая использует образы сорняков и инвазивных растений. В ней я опираюсь на сходство риторики, используемой для описания переселенцев — и людей, и растений. Существует миф, что новоприбывшие вытесняют «местных», как и перемещённые растения, якобы, угрожают локальным видам. Однако чаще такие растения заселяют нарушенные человеком пространства, заполняя пустоты. Похожим образом люди в новом городе постепенно адаптируются, но так и не находят поддержку среди местных.
Обнаружив совпадения между маршрутами миграци членов своей семьи и растений, я создала ткани и рубашки с их изображениями. Фасон каждой рубашки отсылает к традициям региона происхождения одного из близких.
фрагменты зала «Перемещенные виды»
Вторая работа в этом зале — серия графики «Семейное древо перемещений». В ней также затрагивается тема историй миграции семьи. Она представляет собой воображаемый «фотоальбом», герои которого — родственники, живущие в разных городах и странах, связь с которыми почти утрачена.
фрагменты зала «Перемещенные виды»
Они нарисованы по рассказам моих родителей и обрывкам моих собственных воспоминаний, что делает видимым разрывы отношений и связей.
фрагменты зала «Перемещенные виды»
проект «Перемещённые виды» и «Семейное древо перемещений»
Эта часть проекта обращается к дому как к гибридному, мозаичному пространству, собранному из разрозненных элементов — фрагментов историй, воспоминаний и повседневных практик. Именно в доме становится ощутим разрыв между мной и приписываемыми мне национальными идентичностями.
В видео-манифесте «У меня одна национальность. I am more than one national identity. Сара спогранична. Сэ лъэпкъ сиӏэкъым» я создаю ситуацию, где одна и та же история произносится мной одновременно на нескольких языках, описывая несколько несовпадающих версий меня, существующих одновременно и противоречащих друг другу. Работа обращается к гибридной идентичности и к языку как структуре, определяющей наш опыт.
Пространство выстраивается через систему линий-границ, которые одновременно разделяют и соединяют составляющие его части. Эти границы проходят через весь дом, фиксируя стыки, несовпадения и разрывы. На них размещаются фразы о миграции, о правилах и традициях на разных языках. Эти фразы функционируют как распределённый голос, который не стремится к единству, а, наоборот, подчёркивает множественность и разорванность опыта, из которого собираются и пространство условного дома, и моя идентичность.
общий вид на зал «Дом»
Инсталляция начинается с «застолья» из блюд, которые часто появляются в нашей семье: абазинских, черкесских, русских и других. Этот стол, как и другие элементы проекта, складывается из фрагментов — из разных культурных и кулинарных традиций, которые со временем сосуществуют за одним столом и формируют гибридную семейную идентичность.
фрагменты зала «Дом»
Рядом разыгрывается ситуация языкового непонимания. В видео мой отец произносит тост на абазинском языке. Для тех, кто не понимает этих языков, он звучит как традиционный тост — слова о счастье, благополучии и уважении. Однако на самом деле в этом тосте звучит критика отношения к мигрантам и приезжим в Москве. Таким образом, смысл высказывания оказывается скрыт за языковым барьером и воспринимается по-разному в зависимости от того, кто его слушает.
фрагмент зала «Дом»
фрагменты зала «Дом»
Также я делаю серию текстильных работ, отталкивалась от окон и фрагментов пейзажей, в которых я жила. Эти кусочки пейзажей проникают в пространство и разрывают его.
фрагмент зала «Дом»
