Пространство в тромплеях голландских художников 17 века

Существуют интересного рода изображения, когда зритель может принять картину за реальность. Такой жанр в живописи называется тромплей. Название жанра зародилось в 19 веке, когда французский художник Луи Леопольд Буальи выставил картину под названием «Trompe-l'oeil», что переводится как «обмануть глаз», где были изображены различные куски бумаги и картинки, выступающие вперед и отбрасывающие тень. Они на самом деле были нарисованы.

Несмотря на позднее появление названия «тромплей», этот жанр появился еще в период античности. Существует греческая легенда о Зевксисе и Паррасии. Два художника поспорили о том, у кого реалистичнее получится нарисовать картину. Зевксис нарисовал такую картину, что на изображённый виноград стали слетаться птицы. Тогда Паррасий нарисовал поверх картины оппонента штору и показал ему. На что Зевксис попросил снять ткань,чтобы увидеть картину. Паррасий ответил,что не может, потому что штора нарисована. Зевксис признал победу противника, потому что сам смог обмануть животных, а Паррасий — человека.

Широкое распространение тромплея произошло в 17 веке в Западной Европе, и популярность приобрели голландские и фламандские художники. Они создавали волшебные многоплановые картины для увеличения визуального пространства, так как они жили в маленьких комнатах. На формирование городской архитектуры повлияла стоимость земли, из-за чего дома получались узкими, но высокими. Например, голландцы часто совмещали спальни с гостиными, поэтому места для интерьера почти не оставалось. Зеркала, географические карты и рамки — всё, что могли позволить себе жители узких городских домов, в стремлении разнообразить интерьер и расширить помещение. Поэтому чтобы визуально увеличить комнату, художники рисовали в картинах «избыточную» многоплановость, перспективу и свободное пространство.

Одним из факторов, влияющих на развитие перспективы в живописи, стало использование камер-обскур или, как их ещё называют, перспективных коробок. Изобретатель неизвестен, но первое упоминание о камере было ещё в 5 веке до нашей эры китайским философом Мо-цзы. Это простое изобретение, позволяющее получать оптическое изображение объекта, — предшественник современного фотоаппарата. Конструкция достаточно примитивна: коробка, в которой есть маленькое отверстие, проделанное иголкой, а на противоположной стороне — стенка, сделанная из полупрозрачного материала, чаще всего из кальки. Свет попадает сквозь маленькое отверстие, создаёт перевёрнутое, но точное изображение, после чего художник может перенести его на бумагу.

Ганс Вредеман де Врис внес значительный вклад в развитие архитектуры и перспективы, опубликовав свое пособие с рекомендациями для художников. Несомненно, можно видеть многоплановость композиции, выточенные детали, чистоту и строгость расчёта постройки. Глаз как бы устремляется вглубь изображаемого пространства. Автор использовал в своих работах камеру-обскуру.

Автор рисовал картины, расположенные внутри коробок. Этот метод изображения напоминает камеру-обскуру, с помощью которой художники добивались реалистичности и хорошей перспективы в своих работах.

На картине видны некоторые «неточности» в архитектуре пространства и совпадения предметов.

Тут можно заметить несколько «надломов» на картине, это углы коробки, на которой находится изображение.

На картинах воплощен бытовой жанр: на первой картине собака и кошка прогуливаются по коридору, на второй — девушка играет на вёрджинеле, пока служанка моет полы. Несмотря на кажущуюся простоту сюжетов, Эмануэль де Витте добавляет сложности, подробно изображая интерьер и многоплановость. Из-за большого количества деталей появляется желание долго рассматривать картины.

Также на рисунке есть ощущение «воздуха» из-за длинного коридора и зеркала, висящего над инструментом.

Здесь художник создаёт свободное пространство с помощью длинного коридора, чистого неба в правом углу и незагромождённого вещами участка перед ступеньками.

На картине автор показывает маленькую комнатку, как она может показаться. Виден только один угол, в котором находятся лишь три стула и сундук, а служанка стоит к зрителю спиной, что также «убирает» пространство. Однако художник мастерски создает глубину с помощью изображения окон, выходящих на улицу, зеркала, показывающего лицо девушки, и двери, в которой виднеется интерьер другой комнаты.

На картине создаётся два плана. На переднем плане видно стул, занавески и стену. На заднем же плане —девушка с лютней и служанка. Они как будто застыли во время оживлённого разговора, ради которого каждая прервала свою работу: горничная оставила сбор грязного белья, а девушка — практику на музыкальном инструменте. Из-за пустоты между шваброй и корзиной, а также из-за прикрытых картин, создаётся ощущение просторной комнаты, так как зритель не может увидеть её целиком сквозь дверной проём.

Художник переходит на новый уровень обмана: к изображению глубины пространства он добавляет штору поверх собственной картины, как бы заявляя, что созданное им визуальное расширение является просто двухмерным рисунком. Однако зритель может попасться и на новую ловушку  — ткань, закрывающая часть изображения, тоже нарисована.