Мультивселенная образов в фильмах Сюдзи Тэраямы

Сюдзи Тэраяма заходил в новую японскую волну с огромным драматургическим опытом и оставил в ней след провокационного контркультурного режиссёра. Режиссёр использует очень богатый, динамичный киноязык. Во всех фильмах, можно отметить экспериментальный подход и очень глубокую работу как с Японской культурой так и с западной культурой и философией. Творчество Сюдзи Тэраямы охватывает сферу драматургии, поэзии, музыки, кино. Не смотря на свою радикальную позицию и увлечения западными веяниями, он остаётся одним из самых «японских» режиссёров своего времени.

Он был известен своими интересными перформансами и авторским подходом к комментированию спортивных мероприятий. Однако даже в рамках кино Тэраяму сложно поставить в эти самые «рамки». Каждый его фильм можно разбирать или воспринимать как профессиональный психоаналитический сеанс. Ну или же как социальную драму о тяжбах и романтике простого человека. В конце концов можно просто «чувствовать» эти фильмы, они правда очень хорошо «чувствуются».

Не смотря на то, что Тэраяма большой новатор, исследователи и эссеисты не часто берут его в качестве материала для работы, этим и обусловлена актуальность и необходимость данного исследования.

Эта работа ставить перед собой задачу определить, что же за мир всё-таки Тэраяма хотел построить из своих фильмов. Ведь они правда чем-то очень похожи друг на друга. Иногда это сходство очевидно. Иногда его можно почувствовать. А в какой-то момент может показаться, что актёры сюрреалистичного театра решили сделать коллаж из образов прошлых пьес для того чтобы состоялся новый фильм.

Эта работа направленна на то, чтобы приоткрыть тайный замысел вселенной Тэраямы, и попытаться установить связь между повторяющимися в его работах образами. Акцент будет сделан именно на образах, минуя подробные рассуждения о стилистике и приёмах.

Дело в том, что Тэраяма не просто повторяется из фильма в фильм, создавая что-то похожее. Один образ в разных фильмах может в сущности соответствовать себе, но его новое упоминание в альтернативном контексте расширяет спектр понимания и ощущений от этого образа. Основой для работы стало всё то, что неочевидным образом формирует метапространство историй в которую каждый раз попадает новый герой нового фильма Тэраямы.

Образ предметов шарообразной формы со скрытым подтекстом очень употребим режиссёром. В психоаналитической традиции образ шара имеет ряд интерпретаций связанных в общем с темой сексуальности, а в частности с женской фертильностью и мужской потенцией, доминацией. Образы мечей представлены совсем разные. Однако способ их переплетения и даёт нам определённую разгадку и понимание того, что все эти совпадения не случайны.

Детская игра в мяч и ребячество будто бы перетекают, заманиваются во взрослый мир, где мячи уже имеют другой символизм.

Казалось бы всё понятно, однако в «Лабиринте травы», герой теряется среди значения образов шаров. С одной стороны спектра, мяч - это своего рода игрушка переходящая в символ спортивной доминация и мужской инициации. С другой стороны мяч это символ фертильности и женщины-матери которая берёт верх на мужским началом.

Главный герой сирота от начала до конца фильма упорно ищет «песню про игру в мяч» будто бы пытаясь разобраться с этим спектром мяча.

Женское начало и энергия также раскрываются в фильме «Прощай, ковчег» когда девушка отдаёт арбуз кузнецам за то, чтобы они сняли с неё пояс верности.

Красный цвет в фильмах Сюдзи Тераямы является мощным элементом, который служит для усиления эмоционального накала, вносит свой вклад в сюрреалистическую эстетику и вызывает культурный и психологический резонанс. В японской мифологии красный цвет является священным и ассоциируется с жизнью и защитой от зла.

Режиссер же использует его как прием дереализации, перехода в другой мир, часто при этом исследуя темы культурной идентичности и личных воспоминаний. Так, в «Пастораль: умереть в деревне" (1974): Тераяма изображает путешествие главного героя по воспоминаниям и фантазиям, помечая красными эелементами ключевые сцены, в которых реальность сочетается с сюрреализмом, усиливая сказочную атмосферу фильма.

Часто служа контрастным элементом в кадре, красный цвет создает визуальное напряжение, не только притягивая внимание зрителя, но и создавая тематические контрасты, такие как невинность и испорченность или свобода и принуждение. Режиссер также использует этот цвет в сценах, изображающих сильные эмоциональные состояния, помогая усилить воздействие на аудиторию.

У Тэраямы в «публичном доме» самое главное это «дом». Другими словами, для проживающих и приходящих это уголок тепла, любви и попытка вернутся в прошлое.

Попасть в тёплое детское, но в то же время травмирующее прошлое. Люди работающие там не представляются сексуализировано и не стигматизируются. Они вызывают сочувствие и даже кажутся невинными.

В фильмах Тэраямы проводники связывают обычную всленную и мир шаманства и волшебства. Всегда сложно однозначно понять кто они и какие у них личные намерения. Иногда они имеют что-то общее с кабуки версией Ёкая или Юрэй («Лабиринт травы», «Пастораль. Умереть в деревне»).