Места локализации идентичности

Раздел посвящен пространственному измерению идентичности. В ней собраны проекты, где субъект обнаруживает свою связь с местами, где он чувствует себя своим или чужим, и исследует характер этой связи, обращаясь к своим воспоминаниям.

Блейк коллекционировал старые игрушки и связанные с ними изображения; эта работа стала одновременно и произведением искусства, и хранилищем его коллекции предметов. Выбор игрушек настолько индивидуален, что становится своего рода автопортретом (повторяющаяся тема Блейка), отражающим как его интересы, так и его деятельность.

Художественная идентичность Ценга зародилась, когда он пришёл в фешенебельный ресторан, чтобы пообедать с приехавшими родителями. Он был одет в костюм Мао, купленный в комиссионном магазине. Пока его родители были встревожены – его отец служил в Национальной армии, – ничего не подозревающий метрдотель весь вечер обращался с ним как с иностранным высокопоставленным лицом. С этого момента молодой, но неуверенный в себе художник принял образ неоднозначного китайского государственного деятеля, появляясь на эксклюзивных мероприятиях и в туристических местах в Соединенных Штатах и ​​Европе, торжественно позируя в костюме Мао и с удостоверением личности, в светоотражающих очках и с армейской стрижкой, играя на определенных западных стереотипах и представлениях об азиатах.

В проекте «Сергиевское» Куприянов посетил родную деревню своих родителей и бабушки, исследуя через это памятное пространство самого себя и истоки своей идентичности.

Термином "Самоконструкция" (Autoconstrucción) Абрахам Крусвильегас описывает своё искусство, корни которого лежат в импровизированных методах и техниках строительства его родного города Мехико. В этих странных конструкциях сплетаются индивидуальная и коллективная идентичность, принимая причудливую форму, которую диктует сам город. "Самоконструкция" -- живая материя города, вступающая в активное взаимодействие с жителями, динамично адаптируясь под изменчивые обстоятельства и потребности, а те в свою очередь сами формировались этой уникальной средой.

В работах из серии «Памятники» Дмитрий Пригов документирует себя в «наполеоновском» образе рядом с гранитными постаментами памятников известных поэтов. В этом соседстве проявляется длящаяся идентичность Пригова, как поэта и в прошлом скульптора. Он начинал с создания монументальных скульптур, а затем сам стал монументом через поэзию. И в серии «Памятники» он словно завершает свой процесс обращения в монумент, отправляясь в небольшое путешествие по знаковым для него, как поэта и скульптора, местам.