Мера вкуса: советские остановки Кристофера Хервига

В 2002 году канадский фотограф Кристофер Хервиг, путешествуя на велосипеде из Лондона в Санкт-Петербург, начал фиксировать местные архитектурные объекты. Он поставил себе цель во время путешествия делать по одному удачному фото каждый час. Постепенно его интерес перерос в многолетний проект, охвативший 14 стран бывшего СССР, который он посвятил запечатлённым автобусным остановкам. Целью Кристофера стали нахождение, задокументирование и показ миру уникального, но почти забытого феномена советского монументального искусства. Он внёс в свои фотоальбомы «скрытые жемчужины» постсоветского пространства, сохранил исчезающие истории. Фотограф стремился запечатлеть остановки до того, как они будут разрушены временем или снесены.

Почвой для Уникальности самих остановок заключалась в том, что у таких объектов нет строгих стандартов и гостов, поэтому архитекторам и скульпторам была доступна немалая свобода.

Советские остановки изначально проектировались как утилитарные объекты, предназначенные прежде всего для практического использования, а не как произведения искусства. Для местных жителей многие из них кажутся странными, нелепыми или привычными до незаметности. Однако другие зрители — не только западные, но и люди, не особенно интересующиеся историей СССР, — находят эти сооружения занятными, выразительными или даже красивыми. Проект Хервига обнажает проблему: как описать эстетическое суждение в отношении объектов, которые не создавались как искусство, но тем не менее вызывают эстетический отклик? У Канта суждение вкуса связано с чувством общезначимости, однако остаётся вопрос, применима ли эта мера к вещам, чья форма нередко отступает от требований удобства и практичности ради визуальной выразительности. Именно это делает обращение к кантовской теории необходимым.

Задача этого визуального исследования — на материале фотографий Хервига прояснить кантовское понимание меры вкуса. Для этого в работе используются связанные с эстетикой Канта понятия нормативной идеи, гения и общего чувства эстетики как аналитические инструменты, позволяющие показать, каким образом артефакты советской утилитарной архитектуры становятся предметом эстетического суждения.

Кант не даёт простого рецепта измерения вкуса. Вкус, по Канту, — это способность судить о красоте без опоры на правила. Но если правил нет, как понять, что одно суждение вернее, правдивее другого? Здесь появляется понятие меры вкуса. Эти вопросы напрямую касаются проекта канадского фотографа Кристофера Хервига: он отбирал и снимал советские автобусные остановки, которые сами по себе не создавались как произведения искусства, но вызывают устойчивый эстетический интерес. Как измерить вкус там, где объект утилитарен, а его форма часто продиктована не стандартом, а свободной фантазией архитектора?

Прежде чем выносить эстетическое суждение о каком‑либо объекте, Кант предлагает проверить его на соответствие нормативной идее. Эта идея не входит в структуру меры вкуса как таковой, но выполняет подготовительную функцию. Нормативная идея "normalidee des Geschmacks" — это своего рода «средний эталон»: например, представление о правильных пропорциях человеческого тела, которое складывается из многих наблюдений. Нормативная идея позволяет отсечь явные недостатки, безобразное, излишества. Если форма нарушает этот средний образец, она уже не может претендовать на красоту.

В проекте Хервига нормативная идея вкуса сталкивается с вызовом. Рассмотрим фотографию «Недалеко от Омска, Россия». Конструкция не имеет ни привычной крыши, ни замкнутого объёма. Нормативная идея как образец правильности предполагает, что укрытие должно быть практичным, с широким навесом и вертикальными опорами. Остановка в Омске нарушает все эти негласные правила. Согласно традиционным критериям, такое отклонение от нормы лишало бы объект права считаться красивым. Однако Хервиг выбирает подобные объекты для фото, а зритель, глядя на снимок, испытывает эстетический интерес. Возникает парадокс: как оценить сооружение, которое не соответствует привычным стандартам и при этом не позиционирует себя как произведение искусства? Проект Хервига показывает, что отсутствие нормативности не делает объект эстетически несостоятельным — иные критерии оценки способны оправдать это «упущение», переступить через «отбор», или пересмотреть «нулевую точку отбора» о чём пойдёт речь далее.

Кант отмечает, что для развития вкуса необходимы ориентиры — и роль таких ориентиров выполняют творения гения. Хотя понятие гения не является одним из четырёх перечневых формальных критериев меры вкуса, оно имеет принципиальное значение для её функционирования. Гений создаёт образцы, которые развивают способность суждения. Он не следует правилам, он даёт правило другим. Его произведение становится примером для вкуса, но Кант проводит важное различие: такому примеру не следует подражать (копируя манеру или стиль). Напротив, произведение гения предназначено для того, чтобы за ним следовали: оно пробуждает в другом художнике чувство собственной оригинальности, побуждая его искать собственный путь.

На представленных двух фотографиях зафиксированы два принципиально различных подхода к проектированию автобусной остановки.

Левое изображение демонстрирует типовую советскую автобусную остановку: плоская крыша, прямоугольный объём, скамейки. Конструкция полностью выполняет свою утилитарную функцию — укрывает от непогоды и создаёт условия для ожидания транспорта. С эстетической точки зрения объект нейтрален: форма не вызывает эмоционального отклика. По Канту, это пример следования общепринятым нормам, а не оригинальному замыслу гения. Остановка соответствует «нормативной мере вкуса» — она функциональна, лишена излишеств.

Правое изображение — остановка в «Пицунда, спорная территория Абхазии/Грузии» из архива Хервига. Архитектор этого сооружения сознательно отвергает типовой канон: вместо прямоугольного объёма — кольцо, собранное из треугольных элементов; вместо плоской крыши — открытая конструкция, не защищающая от дождя; скамейки отсутствуют. Утилитарная функция принесена в жертву эстетическому эксперименту. Отсутствие следования шаблону порождает «общий эстетический интерес». Зритель замечает не утилитарность, а необычную форму: ритм треугольных элементов, игру объёмов и светотени. Такая композиция пробуждает свободную игру воображения и рассудка — то, что, по Канту, лежит в основе эстетического суждения. В этом смысле проект можно рассматривать как проявление гения в кантовском понимании.

Однако следование стандартным формам не обязательно ведёт к безликости. Напротив, в определённых условиях типовые решения способны порождать запоминающиеся и интересные образы — что убедительно демонстрирует серия фотографий Кристофера.