Концепция
«Культ личности» — одно из основных «правил» социалистического реализма, которому уделяли большое внимание главы тоталитарных государств, оказывая прямое агитационное воздействие на массы. В исполнении задачи создания мифологизированного образа вождя помогают средства визуальной коммуникации с обществом, а именно: живопись, скульптура, графика. Здесь искусство становится объектом государственной политики социалистического строя.
Мифология вождизма сформировалась для создания веры в «светлое будущее», из-за чего художникам намеренно приходилось создавать и канонизировать идеализированные образы исторических деятелей на полотнах. Для этого они цитировали искусство прошлых столетий, которое было хорошо знакомо обществу, благодаря чему в выдуманный мастерами миф было легко поверить народу.
Мифы, в свою очередь, делились авторами на определенные типы, каждый из которых был написан под определенную задачу, необходимую стране для строительства нового коммунистического общества. Ленин и Сталин стали воплощением этой мифологии, ведь они самостоятельно конструировали стержень культурной политики страны. Именно эти политические деятели стали олицетворением художественного направления эпохи Советского Союза — социалистического реализма, главной задачей которого было изображение действительности, при этом с особым вниманием к жизни новосформированного общества. Однако при создании образа вождей произошло постепенное отхождение от транслирования реальности.
Для счастья народа/ 1949 г./ Дмитрий Налбандян
Выбор этой темы для моего исследования продиктован желанием понять, как с помощью незаметных глазу обывателя, но целенаправленно влияющих на формирование у советского общества положительного отношения к партийным деятелям деталей, используемых лишь в изобразительном искусстве, художники смогли создать миф, визуальный феномен, который смог заменить правду.
Как с помощью художественного языка мифологизировался образ вождя в искусстве социалистического реализма? Именно этот вопрос стал ключевым при создании визуального исследования.
Моя гипотеза состоит в том, что яркие визуальные образы, транслируемые на картинах социалистического реализма, «говорящие» жесты, религиозные каноны, парадные портреты XVIII века — все эти изобразительные приемы прошлых эпох использовались мастерами для формирования мифологемы вождя, создавая целенаправленную пропаганду, благодаря чему понятие художественного образа стало главной категорией эстетики соцреализма.
Принцип рубрикации основан на мифологиях вождизма: ключевых ролях образов государственных деятелей, которые советские художники создавали в работах, а именно: генералиссимус и полководец, отец народов и старший наставник, образ Родины, наследник великого прошлого и пророк, мыслитель.
При отборе материала для визуального исследования я опиралась на онлайн-источники, включая научные статьи и исторические материалы. Эти ресурсы помогли мне в анализе работ художников, а также с их помощью я смогла погрузиться в контекст эпохи и выявить закономерность, связанную с периодами истории и образами государственных руководителей, воссоздаваемыми на полотнах. В качестве визуального ряда исследования я отобрала живописные полотна, цветные и черно-белые, а также карандашную графику, в которых ярче всего выражены типы изображения глав советского государства. В подборку материала вошли работы как известных советских мастеров, так и менее популярные, но показательные картины, которые помогают рассмотреть изображенные мифологизированные образы вождей с разных сторон.
Отец народов и старший наставник
Великий Сталин — знамя дружбы народов СССР! / 1950 г./ Виктор Корецкий
Образ наставника и старшего товарища являлся частью целенаправленной пропаганды, формируя миф о положительном герое и выстраивая доверительные отношения с советским обществом. Конструирование мифологем народного отца — Сталина и дедушки — Ленина строилось сразу на нескольких опорах: заботливый человек, принимающий с теплотой и готовый помочь каждому, и мудрый, опытный родитель и наставник.
Вождь, учитель и друг (И. В. Сталин в президиуме II Съезда колхозников-ударников в феврале 1935 года)/ 1937 г./ Григорий Шегаль
На картине Григория Шегаля вождь выступает в качестве руководителя, слышащего свой народ. Автор пытался передать равенство лидера страны и ее жителей, представить его в образе обычного человека. Однако композиционное решение в работе соответствует всем канонам изображения Сталина в социалистическом реализме. Так, его фигура расположена выше всех остальных изображенных людей; он смотрит на свою собеседницу сверху вниз, демонстрируя некое социальное превосходство, а все взгляды направлены лишь на его фигуру, которая является смысловым центром картины. Именно в таких аккуратных, незаметных деталях и читается скрытая пропаганда культа личности.
И. В. Сталин, В. М. Молотов и К. Е. Ворошилов у постели больного А. М. Горького/ 1940 г./ Василий Ефанов
В представленной картине «И. В. Сталин, В. М. Молотов и К. Е. Ворошилов у постели больного А. М. Горького» основным акцентом выступает ее камерность. Образу заботливого, теплого, мягкого человека, способного искренне сопереживать и поддерживать больного соответствуют неофициальность сюжета, образов героев, а также поддерживающая больного улыбка вождя, которую автор словно наделяет целебными свойствами и надеждой на скорое выздоровление.
Трубка Сталина/ 1930 г./ Виктор Дени Портрет Сталина/ 1937 г./ Александр Герасимов И. В. Сталин и М. М. Калинин за беседой/ 1938 г./ Федор Модоров
Неотъемлемым атрибутом образа вождя в живописи соцреализма является трубка. Она выступает олицетворением зрелости человека, ведь такой элемент чаще всего можно встретить в руках взрослого. Незримый эффект на возрасте повышает в глазах публики авторитетность.
В образе Ленина в искусстве также ставится акцент на возрасте: усы, борода, мудрый прищур, в котором прослеживается богатый жизненный опыт, как на картине «Портрет В.И.Ленина» Ахмеда Китаева 1985 года. Все эти детали в изображениях вождей говорят о построении схемы взаимоотношений детей и родителей: советский народ — семья, у которой есть отец — Сталин, а также дедушка — Ленин. Такая незримая связь была необходима народу, который прошел через суровые исторические события: революцию 1917 года, Гражданскую войну, репрессии, Великую Отечественную и Холодную войны. [12] После всех этих трагедий многие дети остались расти без родителей, а картины художников восполняли эти пустоты, создавая зависимость от такого типа интерпретации руководителей.
Сталин и Молотов с детьми/ 1947 г./ В. Ефанов И. В. Сталин и члены Политбюро среди детей в парке М. Горького/ 1939 г./ В. Сварог Ленин и дети/ вторая половина XX века/ Е. Рожков
Характерный образ — вождь, изображаемый с детьми. На таких работах авторы чаще всего изображают хорошую погоду, светящее, яркое солнце и счастливых детей, окружающих политических деятелей. Также в картинах, созданных для этого образа, можно отметить движение детей, направленных к вождям, которые, в свою очередь, находятся в слегка наклоненной позе, полуобнимая ребят. Такие визуальные приемы являются определенной метафорой счастливого детства, концепция которого вошла в лозунг: «Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство!» Чаще всего он транслировался на тиражируемых агитационных плакатах. [13] (плакат "Спасибо родному Сталину за счастливое детство!"/ 1938г./ Нина Ватолина)
Так художники, создавая в работах миф о вожде-отце народов и вожде-наставнике, использовали визуальные образы, которые превращали серьезных политиков в чутких, заботливых людей, испытывающих все те же самые эмоции, что и простой народ, подчеркивая равенство. Тем самым формировались доверительные отношения между советским обществом и его лидерами.
Мыслитель
Портрет И. В. Сталина/ 1927 г./ Исаак Бродский
Образ человека-мыслителя справедливо можно считать неотъемлемой частью пропаганды, формирующей в обществе отношение к вождю как к человеку мудрому, умеющему размышлять прежде, чем сделать какой-либо шаг. Так, на картине Аполлона Кутателадзе «И. В. Сталин и его мать Екатерина Джугашвили» изображена бытовая сцена из детства Иосифа Сталина. Она демонстрирует сюжет, который скрывает за маской сакральности и искренности, раскрывающихся в том числе и в нежных светлых оттенках и плавных мазках, распространение среди советского народа мнения о главе страны как о личности, сознательно развивавшейся в этой сфере с самого детства.
Ленин в Горках/ 1960 г./ Дмитрий Налбадян И. В. Сталин читает книгу Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре»/ 1949 г./ Ираклий Тоидзе Ленин за газетой/ 1973 г./ Вячеслав Шумилин
Чаще всего для раскрытия образа философа художники изображали вождей, читающих книгу или документ. Этот атрибут чаще всего ассоциируется с развитым интеллектом человека, и, используя данный прием, авторы полотен с легкостью достигают задуманного эффекта.
Ленин/ 1982 г./ Анатолий Дягилев Сталин в юности/ Ираклий Тоидзе Портрет В. И. Ленина. Сентябрь 1918 года/ 1924 г./ Александр Михайловский
Еще один прием в данной типологии изображения глав Советского Союза — это ощущение камерности, которого живописцы добивались за счет приглушенных, чаще всего темных оттенков цветов. Такая обстановка позволяла главному герою сюжета отстраниться от шумного мира, остаться наедине с мыслями, поразмышлять о многом. Законченности данному приему также добавляла эмоция задумчивости на лице вождя, которая передавалась за счет напряженных мышц лба или отведенного вверх взгляда.
Сталин в Туруханской ссылке/ 1947 г./ Ярослав Николаев Сталин в ссылке/ 1940 г./ Пётр Плахотный
Ощущение глубокого, вдумчивого человека также присутствует в сценах, отражающих пребывание Иосифа Сталина в ссылках. Чаще всего на картинах, посвященных этому периоду жизни, вождь изображен на фоне природы. Этот прием был распространен в романтизме XIX века. Как и в этом стиле, на картинах соцреалистов пейзаж перестает быть просто фоном, он становится отражением души главного героя. [13] Размышления, уход «в себя», отстраненность от остального мира передаются в нетронутом рукой человека пейзаже. Картины, посвященные этому этапу жизни вождя, часто вызывают ассоциации с каноническим сюжетом «Христос в пустыне», что связывает образ «мыслителя» с религиозной традицией изображения.
Таким образом, с помощью атрибутов, техники мазка, цветовой гаммы и приема, унаследованного из живописи прошлого столетия, художники формировали новый миф о вождях, раскрывая их в образах мыслителей, философов.