«Где волны серые, холодные извечно друг за другом следуют, Дельфины милые, свободные свистящим шепотом беседуют. Не понимая разрушения. Не принимая созидания. Во имя самоулучшения передают поток сознания» [А. П. Тимофеевский, «Песня скорбных душой» 1998 г.»]
Согласно теории Казимира Малевича, объясняющей механизм эволюции нового искусства, в каждой художественной системе можно выделить доминирующий «атом», участвующий в образовании всех форм, обеспечивающий уникальность, и становящейся в иной среде «агентом влияния», преобразуя эту среду. Медиум же — это пространство и функция в системе переноса информации. «Сущность современного медиума, — отмечается в тексте, — в его свойстве быть несколькими вещами одновременно, причем так, что одна вложена в другую. Самое очевидное проявление этого — в медиа теории и маклюэновском понимании „медиум — это [не только носитель, но и] сообщение“, а также в емкой сентенции Александра Гэллоуэя, Юджина Такера и Маккензи Уорк: „медиум — это концептуальный объект“ [9]. Под этим они подразумевают, например, то, что в современной теории предмет и метод дублируют, отзеркаливают, взаимообусловливают друг друга...». Таким образом, прибавочный элемент — это духовное, эмоциональное и смысловое обогащение произведения. Медиум же — это инструмент или среда, посредством которой это обогащение осуществляется. Искусство обретает богатство и многогранность, когда художник умело, сочетает эти два аспекта, создавая произведения, которые не просто воспринимаются визуально или аудиально, но и побуждают к чувствованию, размышлению и переживанию. Прибавочный элемент не является конкретным образом персонажа или предмета. Однако, возможно, осмыслить визуальный образ как расширенный медиум, рассматривая его не как перенос из одной сферы в другую, а через его функционирование в качестве типа. Тогда можно увидеть отсылку не к конкретному человеку или вещи, а к целому классу явлений или людей.
ПОЧЕМУ ОБРАЗ ДЕЛЬФИНА?
Каждый человек знает, что дельфин это дикое морское млекопитающее. В нашей культуре про дельфина сохранились мифологические истории и легенды, накоплены интересные факты, с точки зрения научных исследований. Нас окружают художественные работы с дельфинами, мастеров разных видов искусства. Еще на знаменитой фреске «Дельфины Акротири» изображены дельфины ещё минойской цивилизации (XVI-XVII века до н. э.). Сейчас в Черном море и других морских экосистемах, всё чаще, громче слышен «голос» экологических катастроф. Постоянные обсуждения, в социальном поле, неразрешенных человечеством задач, требуют новых подходов и взглядов на взаимодействие человека с природой, и человека с человеком. Потому что, эти обсуждения обостряют этические дилеммы разных социальных групп. Известно, что эволюция дельфинов — около 50 миллионов лет и это свидетельствует о нашей давней связи — связи человека с дельфинами. Очевидно, что они стойкие к эволюционным изменениям в исторически меняющейся среде.
Согласно теории К. С. Малевича, объясняющей механизм эволюции нового искусства, «…в каждой художественной системе можно выделить доминирующий пластический „атом“, несущий в себе целостную информацию о системе. Этот „атом“, участвуя в образовании всех форм, обеспечивает ее уникальность. Попадая в иную среду, он становится „агентом влияния“, преобразуя ее, подобно микробу или вирусу, на новых началах». [Малевич К., «Введение в теорию прибавочного элемента»]
Интересно проследить, как образ дельфина проявлял себя в разных социальных группах, влиял на социальную среду и её развитие, воздействовал собой, меняя ландшафт смыслов. Это исследование — моя попытка проследить хронологию эволюции образа дельфина, описывая социальные изменения, происходящие в разных слоях нашей жизни и деятельности, в науке, культуре и искусстве, технике и технологиях. А так же последствия этих изменений для человека и дельфина, какой бы угрожающей или наоборот, благоприятной не была бы, среда в «поле взаимодействия». В итоге, образ анализируется с точки зрения наличия или отсутствия элементов и критериев, составляющих понятие «расширенный медиум» на протяжении истории, в разных сферах, контекстах, слоях сообщества. В результате исследования, проследив, что и как менялось в наших взглядах и отношениях к образу, возможно, получится раскрыть, в чем сила прочности этого образа для социума, в то время когда, настолько актуальна чрезвычайная хрупкость его сущностного бытия. Чтобы понять самой, каким есть образ в моих глазах, и что говорят об этом мои «исследовательские руки», раскрывая, мощный его потенциал для современников. И чтобы применять этот образ, как продуктивный медиум — в этичных и прогрессивных целях, в качестве этичного агента и посредника между мирами, активно формирующего созидательные смыслы и нарративы, опираясь на нашу эволюционную мудрость. В материале для исследования, я не ограничивалась какими либо рамками для поиска материала. Наоборот, хотелось быть вне — «границ», «разделений», «социальных условностей», «привычных разграничений». Динамику событий легче прослеживать через динамику во времени исторических событий. Поэтому структура и последовательность изложения, направлена от древности к современности.
ОБРАЗ ДЕЛЬФИНА В МИФОЛОГИИ, АНТИЧНОСТИ, СРЕДНЕВЕКОВЬЕ.
В историко-семантическом словаре: "Образ — восходит представлению о чем-то вырезанном (изваянном) и в русском сознании связано с убеждением, что человек создан по "образу и подобию Божьему"....Образ является, когда художник, чувству целое,…всматривается в деталь, и в это детали, в это частности, ему является целое...Переход образа в символ придает ему смысловую глубину и смысловую перспективу... Средневековый человек видит символы повсюду. Вселенная состоит для него не из элементов, энергии и законов, а из образов...Образ формируется интуицией... Образы не истребимы...Образ — не орудие, а самодовлеющая сущность...» . Образ дельфина уходит корнями в глубокую древность. Его появление связано с непосредственным наблюдением за ними, обитающими в прибрежных водах и часто взаимодействующими с человеком. Самые ранние изображения дельфинов встречаются в наскальной живописи эпохи палеолита, что свидетельствует о его древности и значимости для первобытных культур. В минойской цивилизации (около 2700-1450 гг. до н. э.) дельфин был одним из центральных мотивов в искусстве, украшая фрески дворцов и керамические изделия.
«В шумеро-семитской мифологии дельфин связан с Энки — богом мудрости, хозяином подземного мирового океана пресных вод...У египтян Изида, богиня плодородия, ветра, воды и мореплавания, может изображаться с дельфином.....В индуизме дельфин — конь Камы, бога любви....В минойской культуре он олицетворяет власть на морях... В греческой мифологии дельфины часто сопровождают богов — Афродиту, Посейдона, Аполлона, Диониса....У этрусков и римлян дельфин символизирует путешествие души через море смерти в страну обетованную. В митраизме дельфин связан с Митрой, символом света». В древних цивилизациях дельфин редко воспринимался просто как животное. По древнегреческой мифологии, дельфин является царем всех морских существ. А образ дельфина применяется, как эмблема морской стихии, как атрибут Посейдона и Нептуна — богов моря. Древнегреческий философ Аристотель в известном труде «История животных» пишет следующее о дельфинах: «Из морских [животных] больше всего рассказов передается о дельфинах, об их кротости и способности к приручению, а также о любовных вожделениях к мальчикам, и в Таренте, и в Карий, и в других местах. Когда около Карий один дельфин был пойман и изранен, то, по рассказам, множество дельфинов явилось в порт, пока рыбак не отпустил его; тогда все вместе ушли обратно». И хотя идея о «вожделении» мальчиков дельфинами явно почерпнута из мифологической традиции, вместе с тем, убийство дельфина считалось тягчайшим преступлением, которое каралось богами. "Способность дельфинов спасать тонущих и вытаскивать трупы на берег, так же стала интерпретироваться в христологическим ключе. ...Более приземленные трактовки символа дельфина — любовь родителей к детям (ср. наблюдение Аристотеля, что маленьких дельфинов всегда сопровождают взрослые) и забота правителей о своих подданных…Возможно еще одна близкая аналогия для Руси — это рыбы очень похожие на дельфинов, в гербе патриарха Константинопольского....Если дельфины действительно, каким то образом отсылали к Константинополю.., то их появление в эмблематике Московской Руси в конце ХV в. кажется вполне закономерным, в контексте преемственности Московского царства от Второго (а через него и первого) Рима...»
Греческое слово «ихтис» (рыба) стало одним из первых и наиболее узнаваемых символов христианства. Слово «ихтис» также могло быть интерпретировано как акроним фразы «Иисус Христос, Сын Божий, Спаситель» (Ἰησοῦς Χριστὸς Θεοῦ Υἱὸς Σωτήρ). Хотя дельфин не является рыбой в строгом смысле, его ассоциация с морем и спасением делала его близким по смыслу символом.
В христианской семиотике дельфин был избран как аллегория образа Христа. Если его изображали нанизанным на якорь или трезубец, знак истолковывался как распятие Иисуса. По аналогии с тем, что дельфин спасает утопающих, он также воспринимался спасителем человеческих душ и зачастую изображался несущим эти души в высшие миры. Используется дельфин и в качестве знака Воскресения Христа. У ранних христиан дельфин выступал в роли библейской рыбы, что проглотила Иону и исторгла его через 3 дня (в русском варианте это Чудо-юдо рыба кит). В искусстве античности дельфины часто встречались в мозаиках, фресках и скульптурах. Они украшали храмы, общественные здания и частные дома, символизируя процветание, безопасность и связь с морской стихией. Их изображения могли служить как декоративным элементом, так и носителем глубокого символического смысла, напоминая о божественном покровительстве и гармонии с миром. Это произведение изображает легендарного греческого поэта Ариона, который, согласно мифу, был спасён дельфином от пиратов, бросивших его в море. Картина была создана как часть серии из четырёх панно, посвящённого стихиям и должна была украсить двери охотничьего домика Людовика XV — шато Ла-Мюэтт.
ОБРАЗ ДЕЛЬФИНА В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ
В геральдике дельфин стал популярным элементом гербов, особенно для тех, кто имел отношение к морю, торговле или морским владениям. Он символизировал скорость, ловкость, безопасность и процветание. Часто изображался в прыжке или плывущим, иногда с якорем или трезубцем, или несущим на спине якорь (символ надежды и спасения) или крест. Образ дельфина сохранял свои позитивные коннотации, часто появляясь в геральдике — символизируя благородство. Например, на гербе дофинов Франции, дельфин стал символом наследника престола. «В римской культуре дельфин приобретал функцию психопомпа — проводника душ, который обеспечивает безопасность в пути к искуплению и счастью после смерти. На погребальных барельефах дельфин часто изображался препровождающим душу покойного к «островам блаженных» — мифическим местам, где царило счастье. В средневековых бестиариях дельфина описывали как «короля рыб», подчеркивая его любовь к музыке и людям.
Несмотря на то, что в средневековье образ дельфина часто смешивался с другими морскими существами, такими как морские змеи или драконы, в зависимости от контекста и региональных верований, его позитивная коннотация образа, связанная со спасением, мудростью и благородством, оставалась устойчивой. Получается, что в мифологической истории — образ дельфина относили к морским Божествам, которые существовали в мифах о происхождении мира. А в религиозном контексте — его образ был интегрирован в христианскую символику, где приобрел новые, духовные значения. Образы дельфина служили не только украшением, но и напоминали верующим ключевые догмы их веры, о надежде на вечную жизнь. Они привносили собою в социальные группы и сферы жизни людей через разные мифологические, религиозные и эзотерические смыслы, влияя на поведение человека — будь то моряк или капитан, человек, живущий у моря, верующий, художник. Эти многогранные смыслы заложили основу для дальнейшей трансформации в последующие эпохи и в других контекстах.
Сообщение - функция - влияние в социуме:
Рыба - спасатель человечески душ с благородными качествами - морского Божественного существа и верование в неземную силу. Расширение мифов во времени и пространстве – передача информации, коллективная память -
на погребальных барельефах - «Психопомпа» — проводника душ в загробный мир - регулирует культурные нормы поведения
Зашифрован в «распятии и надежды на воскресение» - демонстрации любви к подданным и верующим - с ним - под Божественным покровительством. Образ выражает идеи -
элемент в изображениях гербов - Благородного защитника - гаранта процветания - укоренение образа в памяти - идентификатором сословии, мореходов, этно группы, нации.
В искусстве -образ “Царь - рыбы” Художественные стилизованные изображения и интерпретации - развитие анималистического визуального и прикладного искусства в интерьерах и архитектуре, литературе и живописи
Дельфина видели и знали рыбой, чувствовали в нем помощника и защитника, творчески переносили на материал “непонятную силу”, считали существом, обладающим божественной искрой и “мостом” между миром людей и миром Богов (стихий). “Медиумы - посредники, мембраны, между мирами”, - Борис Гройс.
«Русский исследователь Аверкиев писал, что у берегов Пицунды существуют более 30 турецких артелей для охоты на дельфинов с ружьями. Во время оккупации Крыма в 1918 г. немцы, по свидетельству инженера Шихова „били дельфинов даже пулеметами, а туши перерабатывали на оборудованном в Севастополе заводе и консервы отправляли в Германию“. [Федоров А.В, Козунова Р.О. „Под созвездием кита“.]
Китобойный и дельфиний промысел очень древний. Мясо этих млекопитающих (тогда рыб) консервировали, жир топили, шкуры и отходы промысла бросали на берегу. У Турков “дельфиний промысел - часть их национальной традиции”. Люди, занимаясь промыслом, переработкой и приготовлением дельфиньего мяса и жира - воспринимали дельфинов - морской рыбой и принимали как море продукт в пищу. Советская дельфино бойная индустрия получила быстрое развитие с появлением дельфинеров, применяющих аламан (невод). Центры переработки - морзверзаводы появились в Ялте, Новороссийске и по всему кавказскому и крымскому побережью, вплоть до Батуми. Так образ дельфина во-плоти, “собирал вокруг себя” отдельные социальные группы - дельфинеров, а затем и дельфино промышленников, и целой индустрии торговли дельфиньем мясом. Значит в мире рынка и отношений “товар-деньги-товар” и в мире “профстандартов” на разных носителях сообщений, есть «отпечаток» дельфина. Интересный факт. В документах государственной значимости, сами правила охоты и получения “свидетельств” на охоту, составлял старший специалист Департамента земледелия, преподаватель охотоведения на кафедре зоологии Лесного Института. Получается, что по написанию “государственных стандартов” - дельфина отнесли к лесным животным. То есть, образ был “причислен к “лесному миру”.
В этот период русские инженеры и изобретатели имели приоритет в отдельных областях подводного судостроения и вооружения. В 1834 году по проекту К.А. Шильдера была построена опытная подлодка, впервые оснащенная перископом, шестовой миной, зажигательными и фугасными ракетами. “В 1866-м И.Ф. Александровский построил первую в мире подводную лодку с механическим двигателем, работавшим на сжатом воздухе. Однако Морское министерство не оказало изобретателю помощи в проведении необходимых испытаний. Шестнадцать лет спустя С.К. Джевецкий создал проект первого в мире подводного судна с электрическим двигателем, работающим от аккумуляторной батареи, но и он не заслужил должного внимания со стороны ведомственных чиновников. А изобретатели других стран к началу XX века сумели реализовать подобные проекты с применением электромоторов, керосиновых и паровых двигателей. Во Франции была построена подлодка «Нарвал», схожая с той, которая могла бы получиться по проекту С.К. Джевецкого… Значение «глубинных кораблей» оценили и в Англии, где по чертежам Голланда начали их серийную постройку”. Морское ведомство Российской империи, обеспокоилось отставанием в подводном судостроении. Под руководством корабельного инженера И.Г. Бубнова был разработан проект первой отечественной боевой подводной лодки (миноносец № 113, затем № 150, с 5 июня 1904 г. «Дельфин»), превосходящей по некоторым параметрам зарубежные аналоги. Балтийский завод в Санкт-Петербурге построил для русского флота первую подводную боевую лодку «Дельфин», и капитаном стал один из авторов проекта М.Н. Беклемишев. В августе 1903 года императорская семья и высшие чины флота наблюдали за маневрами «Дельфина» на кронштадтском рейде. Так человечество проникало своими техническими изобретениями в среду обитания дельфинов. Русские люди решили задачу подводного плавания и осуществления военных действий под водой, а образ дельфина, стал графическим отображением и олицетворением открытий и изобретений в морской среде.
Медиум в виде текста, металла, конструкции подлодки, инженерно-конструкторских комитетов и авторства изобретения, судостроительных и ремонтных верфей «переносил» образ — скорости, безопасности (под защитой образа), способности адаптироваться в «чужой среде».
Ученые того времени, опираясь на Аристотеля, догадывались о его особой природе (наличии легких), хотя по-прежнему классифицировали его как рыбу. В эпоху Возрождения эти зачатки знаний легли в основу первых серьезных ихтиологических исследований. На фоне расцвета позитивизма и академической науки, дельфин перестает быть «морским чудом» и становится объектом систематического изучения. Благодаря трудам Жоржа Кювье и других анатомов, дельфинов окончательно отделяют от рыб в массовом сознании, подтверждая их принадлежность к млекопитающим. Ученые эпохи Возрождения, такие как Леонардо да Винчи, проявляли интерес к анатомии и поведению дельфинов. С развитием биологии и зоологии, ученые относят дельфина к морским млекопитающим. Вместо фантастических «монстров» из средневековых бестиариев, с значительной долей вымысла (рукописный период до ХV в.), в атласах и энциклопедиях (таких как «Жизнь животных» Альфреда Брема) относящихся к науке дельфина изображают с максимальной биологической точностью в иллюстрациях. Вместе с развитием науки, книгопечатания и иллюстрации научная литература напоминает систематизированное собрание материала. Появляются два типа научной литературы о животных: энциклопедии (с описание животных и окружающей их среды обитания, с другими животными), и научно-описательные (отдельные виды животных описываются без связи с другими животными). В искусстве образ дельфина использовали художники-реалисты, которые изображали его в естественной среде. Были популярны морские пейзажи (марины), где дельфины сопровождают корабли, в динамике морской стихии. А в архитектурном декоре, образ стал классическим элементом фонтанов и парковой скульптуры в стиле нео барокко или ампир. Античные черты образа сохранялись в виде изогнутого тела, выразительной морды, чешуевидной стилизации плавников.
"Во времени и смыслах".
Образ дельфина - функция - влияние:
Рыба для еды и жира на технические нужды - звено пищевой цепочки и товар - развитие промысловых артелей, торговли легализация правил и лицензирование добычи.
Наименование технического морского изобретения - символ защиты (бож.) - скорости адаптации в морской стихии. «Взаимопроникновение» в среды аллегорическое сравнение с природным существом - объект научных исследований - объект новой классификации. Классификация по анатомическим данным - отнесение к млекопитающим - развитие морской зоологии, переосмысление образа среди существ, энциклопедизм.
Изображение в стиле реализм в морской среде; для научно литературы - эстетика, связь с природой - романтизм , развитие марин – морские пейзажи, анималистических иллюстрации в научных целях.
ХХ ВЕК — ВЕК ТРАНСФОРМАЦИИ «БЕСПРЕДМЕТНОГО ОБРАЗА»
В 1930-х годах зоолог Джеймс Грей заметил, что дельфины развивают скорость, которая математически невозможна при их мышечной массе, стали изучать гидродинамику кожи дельфина. В 1936 году британский зоолог рассчитал, какая сила сопротивления действует на жёсткую гидродинамическую модель дельфина. Результат получился парадоксальным: чтобы преодолеть это сопротивление, мышцы дельфинов должны развивать в 7–10 раз большую силу, чем мышцы наземных млекопитающих. Исследования, привели к созданию специальных обшивок для подводных лодок и торпед (например, покрытие «ламинфло»). Большое внимание строению кожи дельфина уделяли и советские ученые, поскольку способы снижения сопротивления воды имели непосредственное отношение к военной промышленности — они были нужны для увеличения скорости подводных лодок. Советские исследователи предполагали, что способность дельфинов к поддержанию ламинарного обтекания связана, прежде всего, с постоянной динамичной подстройкой кожи к силе потока. «Беспредметный» образ дельфина: «экономии ресурсов» как биологическая обтекаемость как высшее проявление супрематистской экономии — минимум сопротивления, максимум эффекта. «...Но только, в 2014 году группа теоретических физиков математически доказала, что это неверно: для объектов, движущихся с помощью волнообразных изгибов тела, сила мышц, приводящих его в движение, в действительности может быть меньше действующей на тело силы сопротивления... Получается, что парадокс Грея — вовсе не парадокс, и кожа дельфинов, которую так внимательно исследовали во времена холодной войны ученые обоих лагерей, не так уж и важна для их быстроходности». Образ дельфина в технике — это образ технического воплощения идеального скольжения.
“Живой архитектон” океана. Романтизм и фантастика в литературных произведениях в ХХ веке и форма образа дельфина упрощается. Художников больше интересует, не сходство, как раньше, идея скорости и обтекаемости. Образ дельфина становится предвестником футуризма, соответствует скорости научно-технического прогресса и биологической аэродинамике дельфина. В «Одиссее капитана Блада» Рафаэля Сабатини — дельфины - часть морской стихии, и романтику морских приключений. А Эрнест Хемингуэй в «Старик и море» описывал присутствие дельфинов, как символов дикой природы, символов непредсказуемости в контрасте с борьбой человека. Открытия в области эхолокации и сложной социальной структуры дельфинов произвели в социуме фурор. Эти факты подпитывали их образ как общительных и высокоинтеллектуальных, даже «разумных» животных. Это и отражалось в искусстве, где дельфины стали символизировать не только природную грацию, но и глубину мысли, загадочность сознания. Малевич стремился вывести живопись из плоскости холста в трехмерное пространство (архитектоны) и даже в космос. Его концепция «расширенного медиума» подразумевает, что искусство не ограничивается материалом, а становится способом организации среды. Среда обитания дельфина (вода) максимально близка к космическому пространству, которое воспевал Малевич. В воде дельфин преодолевает земную гравитацию, двигаясь во всех плоскостях. Дельфина можно интерпретировать как «живой архитектон» — форму, которая идеально организована для существования в «расширенном медиуме» океана. Находясь в воде, он является ее динамическим продолжением. Для авангардистов начала века дельфин стал мостом между органикой и машинорией. Малевич искал «чистое ощущение», дельфин как природное тело, является чистым воплощением функции и эстетики, лишенным лишних «изобразительных» наростов. «Дельфин — это не существо, это траектория, обретшая плоть» — в духе супрематистских манифестов.
У этнографов, религиоведов, историков появился термин — «анимализм», «анималистический жанр», как совокупность обрядов и верований, которые связаны с религиозным почитанием животных.
«...Анималистические произведения ставят своей целью не только показать зверя с точки зрения анатомической точности, но и внести в его образ эмоциональную составляющую». В названиях книг это отображено — «улыбается, крик, зов». «Исследователь ( А. Козлова) выделяет следующие типы животных: животные как реалии природы, образ-аллегория, образ-символ и „психологизированный“ образ. Для его характеристики, А. Козлова вводит новый термин: „анималистический психологизм“. Речь идет о тех случаях, когда животное наделяется в литературном произведении способностью думать. Книга «Человек и дельфин» вышла в 1961 г., написана нейро биологом и врачом психоаналитиком, где обобщены результаты многолетних наблюдений за дельфинами и исследований их мозга. Главные тезисы книги в том, что по уровню умственного развития дельфины приближаются к человеку. Что у дельфинов сложная система коммуникации, возможно, со своей грамматикой и синтаксисом. И через 10–20 лет, люди научатся полноценно общаться с дельфинами с помощью акустического языка. Исследователи сразу же обратили внимание на когнитивные способности дельфинов, биоакустику и природу их сигналов, а также на нейрофизиологию сна у китообразных. Обнаружено удивительное явление: одно полушарный сон, при котором одно полушарие мозга отдыхает, пока другое остается активным, что позволяет дельфинам беспрепятственно дышать, всплывая на поверхность. Книга сформировала идею о дельфине, как существе, с превосходящим интеллект человеческий, но направленным «внутрь», что нарушало все представления о морском существе. Меняя мышление, практически влияя на деятельность и социальные преобразования в мире. Произошли противоположные практические действия в социальных практиках. Начались разработки и исследования возможностей дельфинов в военных целях в США, а после и в СССР, чтобы применить их способности под водой и на воде.
