Храм в городском пространстве: опыт прогулки по Китай-городу

1. Концепция исследования
2. Китай-город – это где?
3. Храмы в городском пространстве
4. Опыт прогулки по Китай-городу
5. Основные выводы
6. Заключение

Визуальное исследование посвящено присутствию православных храмов в городском пространстве Китай-города в Москве.

Храм в современном городе выделяется как визуально, так и аудиально, наполняя улицы, например, колокольным звоном. Часто в кварталах с малоэтажной застройкой храмы становятся городскими доминантами.

Это исследование сосредоточено на присутствии зданий храмов в одной из центральных локаций Москвы. Китай-город – это вернакулярный район, располагающийся рядом с одноименной станцией метро. Он является центром притяжения горожан, туристов, молодых людей. На его территории расположено большое количество общественных мест и заведений. Православные храмы также являются частью этого «района».

Визуальное исследование останавливается на вопросе пространственного присутствия храма в «городской ткани» и его взаимодействия с проходящим мимо человеком. В центре внимания находится не религиозная практика, а способы взаимодействия храмового пространства с городом и человеком.

Ключевой вопрос: Какие визуальные и пространственные сигналы передают православные храмы прохожему в районе Китай-города?

Иными (и более простыми) словами этот вопрос можно сформулировать так: что храм демонстрирует нам, к чему приглашает или чем «отстраняет»?

Гипотеза исследования: Даже вне религиозной практики православные храмы в городском пространстве функционируют как носители визуальных сообщений, связанных с идентичностью, открытостью и границами места.

Основой исследования становится опыт прогулки по району и наблюдение за тем, как храмовые пространства взаимодействуют с улицей и человеком. Визуальная основа собрана мною в процессе прогулки-исследования. Фотографии сделаны в режиме «репортажа» и используются как исследовательский материал, не претендуя на художественную значимость. В процессе изучения локаций я записывала наблюдения и замечания в полевой дневник.

Это исследование предпринимает попытку посмотреть на то, что можно увидеть и с чем столкнуться, проходя мимо храма в пространстве Китай-города. Интерпретации пространства могут быть различными и меняться в зависимости от городских/погодных/пространственно-территориальных условий. В данном исследовании представлен опыт прогулки в мае 2026 года.

Исследование имеет ряд ограничений.

Во-первых, рассматриваются только храмы, расположенные на территории, определённой в рамках данной работы как Китай-город (обоснование границ будет представлено далее).

Во-вторых, во внимание принималось только то, что взаимодействует с уличным пространством. Основная точка восприятия – с улицы, а не изнутри (с территории храма). Фигура исследователя тождественна в данном случае фигуре случайного прохожего, который не заходит на территорию храма. Внутреннее убранство храмов, а также их историческая ценность и религиозная значимость не были рассмотрены в рамках этой работы.

В-третьих, для однородности визуального ряда мы сосредоточимся только на храмах Православной Церкви. Храмы других конфессий и религий не являются объектом анализа, хотя также будут кратко упомянуты.

Другие фрагменты, например, между Маросейкой и Большой Лубянкой, Ильинкой и Варваркой, не были включены в исследование, поскольку могут быть отнесены к другим вернакулярным районам (например, Лубянка, Зарядье, Красная площадь), несмотря на то, что часть из них непосредственно связана с историческим Китай-городом.

Тем не менее, выбранная часть городского пространства как раз содержит в себе то, что характерно для бурной жизни на Китай-городе. Здесь располагаются кафе и рестораны, магазины, бизнесы, университеты, храмы, бары – большое пространство для различных взаимодействий.

Нахождение храмов в городском пространстве может быть изучено с разных сторон. Исследователь Тимур Мухтасаров выделяет типологию научных подходов: исторический, социологический, пространственный, экономический и теологический подходы к исследованию храмов в городской среде [Мухтасаров, 2017].

Для нашего исследования наиболее актуален пространственный подход. Мухтасаров выделяет два возможных направления исследований: «храм в городском пространстве» [Мухтасаров, 2017, с. 285], которое рассматривает расположение храма в конкретной локации и его соседство, и «здание храма и его социальные функции» [Мухтасаров, 2017, с. 289], которое обращается к внутреннему устройству храма и удовлетворению потребностей прихожан этим пространством. Таким образом, можно выделить два пространства: внешнее (соседство) и внутреннее (помещения храма + территория).

Другой исследователь, Даниил Разинков, упоминает пути пространственного осмысления храмов в городе через теоретические рамки Анри Лефевра, Джейн Джекобс и Яна Гейла [Разинков, 2025]. «Производство пространства» Лефевра, на мой взгляд, является наиболее актуальным в социокультурном анализе – это теория, способная подчеркнуть социальное пространство храма и его символическое (в том числе, сакральное) значение [Лефевр, 1974 (2015)]. Теории Яна Гейла [Гейл, 2010 (2012)] и Джейн Джекобс [Джекобс, 1961 (2011)] рассматривают не столько смыслы пространства, сколько взаимоотношения города и человека. Прежде всего, это заключается в комфортной городской среде. В контексте храмов мы можем говорить о «дружелюбности» пространства, его открытому взаимодействию с улицей и горожанином, но не о комфорте «использования пространства» в привычном понимании, поскольку в данном случае необходимо более тесное взаимодействие в том числе и с внутренним содержимым храмов.

Однако для исследования храмов Китай-города я буду придерживаться пространственного подхода в немного ином формате. В центре внимания будет не соседство и не внутреннее наполнение, а именно точка соприкосновения храма и города. В этом исследовании мы совершим только первичное знакомство с храмами, хотя, конечно, они представляют широкое поле для исследований, как это было отмечено выше.

Д. А. Разинков ёмко подчеркивает неоднозначное положение храма: «В пространственном измерении храм балансирует между статусом открытой архитектурной доминанты и закрытого анклава, формируя вокруг себя специфические зоны тяготения и отчуждения» [Разинков, 2025, с. 45]. С одной стороны, засчёт колоколен и куполов храмы часто притягивают к себе внимание, но с другой – часто они закрыты от города заборами, воротами, а вход оказывается трудно находим, что выключает храм из пространства. Он – недоступен, поэтому становится невидимым. Точки соприкосновения с «внешним миром» улицы поэтому представляют собой интерес этого исследования.

Как было указано ранее, фигура исследователя идентична фигуре прохожего. Он не оказывается сразу на территории храма, но сталкивается с ней ещё «по ту сторону забора». Как в данном случае выглядит храм? Что храм демонстрирует, к чему приглашает или чем «отпугивает»? Здесь он вступает в взаимодействие не только с абстрактным городом, но с конкретной фигурой прохожего горожанина.

Такая оптика была определена перед тем, как отправиться в исследовательское поле.

Далее – храм Всех Святых на Кулишках, который частично закрыт строительными лесами.

Это тот случай, когда вокруг храма может создастся «отпугивающая атмосфера» (или не столько «отпугивающая», сколько просто не приглашающая, в любом случае, она связана не с самим храмом, а с окружающими его обстоятельствами). Закрытая колокольная храма: тёмные полотна вместо архитектуры. Строительные материалы сеют сомнение – открыт ли храм, можно ли туда зайти, или закрыт на ремонтные работы?

Если храм закрыт, то он может восприниматься как временно «выключенный из пространства», поскольку не выполняет своих внутренних функций.

Кроме того, ремонтные работы создают дополнительную суетливую атмосферу, в добавок к тому, что храм располагается прямо около выхода из метро.

Из-за ремонтных работ получилось рассмотреть этот кейс ограниченно.

В процессе исследования создалось впечатление, что храмы, расположенные прямо около выходов из метро, «обречены» на то, чтобы стать лишь фоном человеческих перемещений.

Метро как транспортно-пересадочный узел является центром притяжения горожан, поэтому в непосредственной близости к метрополитену внимание людей приковано к нему – пространства для соприкосновения с храмом практически не остается (имеется в виду не физическое пространство, а удержание внимания).

Храм расположен на разветвлении улиц и имеет перед собой небольшое пространство. Это очень «открывает» сам храм, поскольку вход не нужно искать, а он выступает заметным образом.

Из-за свободного пространства около выхода и ширины улице в целом, пространство «наполняется воздухом» и даёт возможность с комфортного расстояния увидеть и разглядеть храм.

На момент прогулки была открыта одна из створок дверей, что также дополнительно сигнализирует о том, что храм можно посетить – его двери не закрыты.

Кроме того, храм обнесен забором только частично, поэтому стирается ещё один барьер между храмом и улицей. Для тех, кто видит только выступающий вход, нет дополнительного «слоя» в виде закрытой территории.

Далее переходим к подворью Сербской Православной Церкви в Москве. Храм Петра и Павла на Петропавловском переулке до последнего момента не виден на самом переулке. Красное здание – это уже территория храма, но после поворота ещё не открылся полноценный вид на храм.

Следующая точка – храм святителя Николая в Подкопаях – становится заметным, с одной стороны, из-за доминантной колокольни, а с другой – выделяется ярким цветом на фоне стоящих рядом домов.