Искусство вечно. Люди не перестают интересоваться творениями прошлого, и в том числе, конечно, скульптурами, будь то находки времен Античности, шедевры Возрождения или образы неоклассицизма. Например, 4 мая 2026 года на ежегодном бале Института костюма Метрополитен-музея супермодель Хайди Клум перевоплотилась в мраморную статую, будто ожившую весталку Рафаэля Монти. Многочисленные дискуссии интернет-пользователей свидетельствуют, что восхищение тонкостью работы порой переходит в недоумение и неверие, что это мог создать человек без использования современных технологий.
У меня, как, наверное, и у большинства - и восторгающихся, и оспаривающих - наибольшее впечатление вызывают скульптуры, дающие повод усомниться в том, что они высечены из камня - потому, что они кажутся "живыми". "Но как?" - этот интерес стал отправной точкой предлагаемого визуального исследования.
Изучение истории скульптуры так же необъятно, как изучение всей истории мирового искусства. В данной работе будут рассмотрены работы итальянских мастеров - так как именно Италия с культурным наследием Античности, идеями гуманизма, богатыми покровителями подарила миру множество талантливых скульпторов. На протяжении веков и даже тысячелетий появлялись мраморные шедевры, менялись сюжеты, техники, вкусы, однако это визуальное исследование ограничится примерно четырьмя столетиями (конец XVI - середина XIX вв.) и затронет такие эпохи и стили, как Возрождение, барокко, неоклассицизм и натурализм.
«Как итальянские скульпторы делали мрамор живым на протяжении 4 веков?» — вопрос, на который я попытаюсь ответить. Работа задаётся целью рассмотреть многообразные способы, методы «оживления» холодного мрамора, а также проследить, как они трансформировались.
Гипотеза исследования состоит в том, что мастерам прошлого удавалось "оживлять" камень за счет таких "приемов", как выверенная анатомия, тщательная проработка деталей, включая фактуру, рельеф кожи, вены, морщинки, невесомые складки ткани и тончайшее кружево, точно пойманные движения и эмоции, использование эффектов света и тени, рисунка на самом мраморе.
При этом скульпторы каждой эпохи концентрировались на разных аспектах: например, Возрождение заложило основы анатомической достоверности, мастера барокко передавали драму, движение, прикосновение, а неоклассицизм достиг совершенства в изображении невесомых драпировок. Хочется уйти от идеи, что с течением времени неукоснительно следует прогресс и отметить, что гений каждого из упоминаемых в исследовании творца неоспорим, и я не смею утверждать, что художники XVIII века виртуознее своих коллег из века XVI; их стили, задачи, интересы могут различаться - предстоит выяснить, как и почему.
В основе рубрикации визуального исследования лежит хронологический (и вытекающий из него стилистический) принцип. Таким образом, оно состоит из трех больших разделов: Конец XV–XVI вв. (Высокое Возрождение), XVII–XVIII вв. (раннее/высокое и позднее барокко), XIX в. (неоклассицизм, натурализм), два из которых разделены еще на два подпункта. В каждой главе анализируются творения разных скульпторов по сходным принципам.
В данной работе я как бы расщепляю мраморные глыбы на атомы и рассматриваю под микроскопом, анализирую по выбранным критериям: тело, анатомия, движение; материальные иллюзии (кожа, жидкость, ткань); детали, рельеф поверхности, управление светом; эмоциональность... Но эффект "живого" камня - это что-то неуловимое, невыразимое, возможно, отчасти даже субъективное. Общие впечатление, ощущение играют здесь заметную роль. Кроме того, я решила сосредоточиться на визуальных особенностях создания шедевров из камня, не углубляясь в технические аспекты.
Основными источниками являются сами скульптуры 17 итальянских авторов, включая работы из Капеллы Сан-Северо и монументального кладбища Стальено, онлайн-ресурс национальной энциклопедии Италии Treccani, а также другие статьи и книги про скульптуры, их авторов, стили.
Рубрикатор
I. Конец XV–XVI вв. (Высокое Возрождение)
II. XVII–XVIII вв. 1. Конец XVI–XVII вв. (Раннее/высокое барокко) 2. Конец XVII–XVIII вв. (Позднее барокко/рококо)
III. XIX век 1. Конец XVIII — первая половина XIX вв. (Неоклассицизм) 2. Середина XIX века (Пуризм, натурализм)
I. Конец XV–XVI вв. (Высокое Возрождение)
Эпоха Возрождения стала источником вдохновения для многих поколений творцов разных сфер деятельности.
Пожалуй, ключевая фигура этого времени - Микеланджело Буонарроти - "живописец, архитектор, поэт и мыслитель" [1] и, конечно, скульптор.
Работы Микеланджело "оживают", прежде всего, за счет идеальной передачи анатомии: его фигуры монументальны, цельны, гармоничны, прекрасны.
Микеланджело Буонарроти «Моисей», 1513–1516
Скульптор с удивительной скрупулезностью прорисовывает каждую деталь тела и лица своего персонажа. Так, работая над "Моисеем", он изображает крошечную мышцу предплечья, заметную только при поднятии мизинца, а в "Давиде" можно заметить вздувшуюся яремную вену, свидетельствующую, вероятно, о сильном душевном напряжении героя, встретившегося с Голиафом. Все это усиливает ощущение "динамики в статике".
Микеланджело Буонарроти «Давид», 1501—1504
В "Оплакиваниях Христа" - "Пьете" и "Флорентийской Пьете" - пластика фигур задает настроение: тело Христа, подобно складкам одежд "стекающее" с колен окружающих его людей, выглядит еще более слабым и безжизненным на их фоне.
Микеланджело Буонарроти «Пьета», 1499 // Микеланджело Буонарроти «Флорентийская Пьета», 1547-1555
Скульптура "Христос с крестом" так и не была завершена Микеланджело, так как он "обнаружил черную жилку в мраморе" [2], однако именно эта деталь, повторяющая естественные линии лица, кажется, придает творению особенную живость.
Большинство изваяний Микеланджело отличаются пронзительным, выразительным взглядом в том числе за счет проработанного "утопленного" зрачка.
Микеланджело Буонарроти «Мадонна Брюгге», 1498-1501 // «Христос с крестом», 1514-1516 // «Юлий II (на саркофаге)», 1542-1545 // «Рахиль», 1542
Позднее творчество мастера тяготеет к более свободным, динамичным барочным формам. В "Рабах" Микеланджело тело словно "напряжено изнутри и "вырывается" из камня", попытки самоосвобождения рабов становятся видимыми.
В изломанных, будто срощенных с каменными глыбами или вырастающих из них фигурах хорошо видна техника нон-финито (non-finito) - незавершеннось. Здесь скульптор не полирует поверхность "до блеска", а оставляет грубые следы резца, передающие рельеф кожи, поверхность глыб.
Микеланджело Буонарроти «Умирающий раб», 1513-1515 // «Скорчившийся мальчик», 1530-1534 // «Восставший (скованный) раб», 1513-1516
II. XVII–XVIII вв. (Барокко)
1. Конец XVI–XVII вв. (Раннее/высокое барокко)
В XVII веке мастера начинают отказываться от ренессансной сдержанности.
Стефано Мадерно "считается одним из предвестников стиля" [3] барокко. В его "Святой Цецилии" не видно безукоризненно переданной игры мускул, как у Микеланджело, не выражена и барочная театральность, зато создается впечатление небывалой правдивости. Голова мученицы с пугающей реалистичностью заломлена: считается, что ее тело изображено в позе, в которой и было найдено. Это дает ощущение присутствия и придает "живости" парадоксальность.
Стефано Мадерно «Святая Цецилия», 1600
Наверное, первое имя, возникающее в голове при упоминании барокко - Джованни Лоренцо Бернини.
Для его творчества характерны композиции, где люди и звери навеки застыли в момент наивысшего напряжения с экспрессивными выражениями боли, удивления, испуга, радости на лицах и мордах. Скульптура "Аполлон и Дафна" развивает "стремительное и непрерывное диагональное движение" [4], прослеживающееся с задержавшейся в воздухе ступни героя до превращающихся в листья кончиков пальцев героини.
При этом иногда эти экспрессия, динамика, эмоциональность доходят до такой точки, что скульптуры начинают напоминать скорее театральные маски, чем "живого человека" - все-таки, во всем важен баланс.
Джованни Лоренцо Бернини «Аполлон и Дафна», 1622-1625
Змейки на "Голове Медузы" будто беспрестанно шевелятся, извиваясь, при взгляде на "Проклятую душу" кажется, что действительно раздается пронзительный крик, рассматривая скульптуру "Нептун и Тритон", словно сам ощущаешь развевающие волосы порывы ветра.
Джованни Лоренцо Бернини «Голова Медузы», ок. 1630 // «Проклятая душа», 1620 // «Нептун и Тритон», 1623
Изваяния Бернини очень "материальны": их хочется обойти со всех сторон; понаблюдать, как падает свет, как светотеневые контрасты рисуют форму и тем самым помогают вселить в нее жизнь; дотронуться до мраморной поверхности и почувствовать тепло...
Тела, вылепленные Бернини, нежны, чувственны, обладают гладкой кожей. Герои часто находятся почти в осязаемом контакте: прикосновение, давление, натяжение, смятие... Так, пальцы Плутона "утопают" в мягкой плоти Прозерпины.
Джованни Лоренцо Бернини «Похищение Прозерпины», 1621-1622
Джованни Лоренцо Бернини «Ангел с терновым венцом», 1667-1669 // «Экстаз Блаженной Людовики Альбертони», 1671-1674 // «Спящий Гермафродит», 1620
Мастер с большим вниманием прорабатывает детали, особенно драпировки, декор на одежде и других тканях. Зачастую складки - активные, "с характером", но мягкие - поддерживают общий тон работ.
Джованни Лоренцо Бернини «Спящий Гермафродит», 1620 // «Экстаз Блаженной Людовики Альбертони», 1671-1674 // «Бюст Томаса Бейкера», 1638
