Притцкеровская премия как индикатор новейших тенденций в архитектуре
Рубрикатор:
- Введение
- Художественная выразительность архитектуры
- Связь архитектуры с местом и контекстом
- Технологии и конструктивные эксперименты
- Экологичность и устойчивость
- Внимание к человеку и обществу
- Заключение
Том Прицкер, сын основателей премии и председатель жюри
Притцкеровская архитектурная премия (The Pritzker Architecture Prize) — международная награда в области архитектуры, учреждённая в 1979 году Джеем Притцкером и его супругой Синди при поддержке фонда Hyatt Foundation. Сегодня она считается одной из самых престижных архитектурных премий в мире. «В то время как архитектура Чикаго помогла нам понять это искусство, проектирование и строительство отелей заставило нас осознать, что архитектура может повлиять на поведение человека», — говорит Том Прицкер, сын учредителей премии и председатель жюри.
Каждый год на премию выдвигаются сотни архитекторов, работающих в сфере архитектурного проектирования. Международное жюри, в состав которого входят известные архитекторы, критики и исследователи, выбирает одного лауреата или архитектурный коллектив. Премия присуждается за выдающийся талант, профессиональное видение и значительный вклад в развитие общества и окружающей среды через архитектуру.
На лицевой стороне бронзового медальона, который вручают лауреату, написано «Притцкеровская премия», На обратной стороне — «прочность, польза, красота».
Сегодня премия и во многом формирует представление о том, какой должна быть современная архитектура и какие тенденции становятся наиболее значимыми в профессии.
При этом критерии оценки лауреатов никогда не были четко сформулированы. Поэтому остается открытым вопрос: какими качествами должна обладать современная архитектура? Что сегодня считается наиболее важным? Чтобы попытаться ответить на этот вопрос, я проанализировала официальные заключения жюри ко всем лауреатам Притцкеровской премии с 1979 по 2026 год. На основе этих текстов была создана диаграмма, показывающая, какие качества и темы жюри чаще всего выделяло в разные периоды существования премии.
Конечно, архитекторов можно было бы разделить на разные стили, но я не считаю, что данная стратегия четко отражает понимание критериев выдачи Притцкеровской премии, поскольку архитектурные тенденции были характерны для всех эпох, но перед нами стоит другая задача - понять более глобальные запросы сообщества.
Также пришла к выводу, что тенденции невозможно четко отсортировать на отдельные периоды, поскольку каждый архитектор работает по-своему и предлагает собственное понимание архитектуры в разные года. Сами организаторы премии также подчеркивают, что награда присуждается прежде всего за индивидуальный подход каждого автора, поэтому не существует четкого рецепта - как стать лауреатом Притцкеровской премии.
Категоризацию усложняет и то, что состав жюри постоянно менялся, а вместе с ним менялись и акценты в оценке архитектуры. Поэтому в своем исследовании я решила не делить архитекторов на десятилетия, а попытаться выявить основные тенденции, которые чаще всего повторяются в текстах жюри. Для этого я выделила ключевые качества, которые регулярно упоминались в официальных описаниях лауреатов.
Несмотря на уникальность каждого архитектора, в решениях жюри все же можно увидеть общие тенденции и постепенное изменение взглядов на современную архитектуру. На протяжении разных лет жюри особенно часто обращало внимание на художественную выразительность архитектуры, связь здания с местом и контекстом, технологические и конструктивные эксперименты, внимание к человеку и обществу, экологичность и устойчивость проектов.
Художественная выразительность архитектуры — это способность архитектуры вызывать эмоции и создавать особую атмосферу через форму, свет, материалы и пространство. Такие проекты помогают передать авторский стиль и погрузить человека в определенное состояние или ощущение. Искусство ради искусства.
Первый критерий
Луис Барраган — 1980
«Мы отдаем дань уважения Луису Баррагану за его приверженность архитектуре как возвышенному акту поэтического воображения.» - жюри
Для Баррагана архитектура - про ощущения человека внутри пространства. Он специально работал со светом, цветом и тенью так, чтобы человек постоянно чувствовал изменение атмосферы. Яркие розовые и желтые стены, приглушенные коридоры и внезапно открывающиеся светлые комнаты создают медитативное состояние.
Сам Барраган говорил, что его дом — это «убежище» и «эмоциональная архитектура». Для него важнее всего были тишина, внутреннее спокойствие и чувство личного пространства.
Дом-студия Луиса Баррагана
Фрэнк Гери — 1989
«Гери представляет собой высокохудожественную, утонченную и смелую эстетику… противоречивое, но всегда захватывающее творчество описывалось по-разному: как иконоборческое, буйное и непостоянное…» - жюри
Художественная выразительность дома Гери передана через ощущение хаоса и движения. Для деконструктивизма характерны «изломанные и нарочито деструктивные формы» и визуальная усложнённость пространства.
Выразительность усиливается грубыми материалами — металлическими сетками, рифлёным металлом, деревом. Благодаря этому здание выглядит незавершённым, живым и даже агрессивным. В источниках дом называют «авангардным безумием» и символом деконструктивизма.
Лично у автора этой работы возникает ощущение тревоги и свободы одновременно. Архитектура кажется нестабильной, будто она движется и сопротивляется строгим правилам. Сначала дом вызывает дискомфорт из-за своей ломкости и хаотичности, но затем появляется интерес и восхищение смелостью идеи.
Gehry Residence, Санта-Моника (1978)
Художественная выразительность здания Vitra Design Museum строится на ощущении движения и пластичности формы. Здание выглядит как архитектурная скульптура: объёмы сталкиваются, изгибаются. Исследователи отмечают, что формы музея «кажутся распадающимися и разрывающимися», что является характерной чертой деконструктивизма.
Выразительность усиливается контрастом плавных линий и резких углов. В источниках подчёркивается, что Гери стремился сделать архитектуру «живой», поэтому здание воспринимается форма в процессе изменения.
Лично у автора эта работа вызывает совсем другие ощущения, чем ранний дом Гери в Санта-Монике. Здесь меньше хаоса и агрессии, но больше пластики и свободы. Возникает чувство лёгкости.
Vitra Design Museum, Германия (1989)
Смильян Радич - 2026
"За то, что он напоминает нам об архитектуре как об искусстве, поскольку она затрагивает саму суть человеческого существования..." - жюри
Винодельня Смильяна Радича производит сильное ощущение спокойствия и почти полного растворения архитектуры в природе. Здание специально сделано очень низким и вытянутым, чтобы не спорить с горами и виноградниками вокруг. Многие зрители и критики отмечали, что архитектура здесь ощущается как часть пейзажа.
Винодельня «Вик Миллахью» — Смильян Радич (2013, Чили)
«Гватеро» вызывал у зрителей ощущение чего-то одновременно временного, странного и живого. Пространство похоже на огромный надувной организм или внутренность какого-то существа. Многие описывали павильон как очень необычный сенсорный опыт: мягкий свет, серебристая поверхность и огромный объем создавали почти сюрреалистическое ощущение.
Павильон «Гватеро» — Смильян Радич и Николас Шмидт (2023, Сантьяго)
Арата Исодзаки - 2019 "Безусловно, он — одна из самых влиятельных фигур в современной мировой архитектуре, постоянно находящаяся в поиске, не боящаяся перемен и новых идей...Он объединил Восток и Запад не путем подражания или коллажа, а путем прокладывания новых путей." - жюри
«Арк Нова»
Для Исодзаки этот проект был важен как эксперимент с временной архитектурой. Его всегда интересовала идея того, что архитектура не обязана быть вечной и монументальной. После войны он вырос среди разрушенных городов Японии и позже говорил, что его первым опытом архитектуры была «пустота». Поэтому в своих проектах он часто исследовал временность и хрупкость.
«Арк Нова» (Ark Nova), 2013
Эдуардо Соуту де Моура - 2011 "За архитектуру, которая кажется легкой, безмятежной и простой, а также за заботу и поэзию, пронизывающие каждый проект, Эдуардо Соуто де Моура получает Притцкеровскую архитектурную премию 2011 года." - жюри
Муниципальный стадион в Браге — Эдуардо Соуто де Моура
Самое необычное в проекте — у стадиона только две трибуны. Вместо остальных сторон открываются: скала, небо, пейзаж Браги.
Муниципальный стадион в Браге — Эдуардо Соуто де Моура
Связь архитектуры с местом и контекстом — это подход, при котором архитектор учитывает историю, культуру, ландшафт и особенности окружающей среды. Для таких проектов важно, чтобы здание не выглядело чужим, а естественно вписывалось в место и было тесно связано с его атмосферой и контекстом.
Второй критерий
Сверре Фен — 1997 «Он совершил прорыв, придав современную архитектурную форму элементам своего родного норвежского пейзажа — северному свету, серому камню и пышным зеленым лесам…» - жюри
Северный павильон, Венецианская биеннале — Сверре Фен (1962)
В этом проекте Сверре Фен хотел перенести ощущение северной природы в Венецию. Главной частью архитектуры здесь стали свет, деревья и воздух. Архитектор сохранил деревья, которые уже росли на участке, и встроил их внутрь павильона — стволы проходят через крышу здания.
Также Фен специально разработал бетонную крышу так, чтобы она рассеивала яркий венецианский свет и делала его похожим на мягкий северный свет Скандинавии.
Nordic Pavilion, Венецианская биеннале (1962)
Джеймс Стирлинг — 1981 «…архитектуре, которая вновь осознала свои исторические корни, вновь установила тесную связь со зданиями вокруг себя…» - жюри
Стирлинг хотел «вновь установить тесную связь со зданиями вокруг себя». Особенно это заметно в Новой государственной галерее в Штутгарте. Там он использовал формы, напоминающие классический музей, но совместил их с яркими цветами, открытыми инженерными элементами и современной геометрией. Из-за такого соединения прошлого и современности его часто относили к постмодернизму, хотя сам Стирлинг этого не любил.
Новая государственная галерея, Штутгарт — Джеймс Стирлинг (1984)
Центр исполнительских искусств Шварца, Корнеллский университет — Джеймс Стирлинг (1989)
Здание напоминает старые университетские и театральные постройки: здесь есть башня, арки, каменная облицовка и симметричные элементы, которые отсылают к классической архитектуре кампуса Корнелла.
Стирлинг хотел, чтобы новое здание чувствовалось частью университета и продолжало архитектурную историю места.
Центр исполнительских искусств Шварца, Корнеллский университет — Джеймс Стирлинг (1989)
Иео Мин Пей — 1983 «Его всегда волновало окружение, в котором возводятся его здания.» - жюри
Для него было важно, чтобы новый музей не выглядел чужим рядом со старым классическим зданием Национальной галереи. Он использовал тот же материал — тот же мрамор, что и в старом корпусе музея. Также Пей специально продолжил главную ось старого здания галереи, чтобы между двумя корпусами сохранялась пространственная связь.
East Building, National Gallery of Art, Вашингтон (1978)
