Рубрикатор исследования:
1. Концепция исследования
2. Гипотеза
3. Анализ и сравнение: 1.1 Утраченные постройки 1.2 Перестроенные здания
4. Выводы
5. Библиография
6. Источники изображений
Концепция исследования
«...Архитектурная пустота в Петербурге обладает собственной плотностью и волей. Она не просто пассивное отсутствие зданий, но пространственный слепок, хранящий очертания ушедшего или воображаемого. Городские дворы и просеки удерживают эту память места, заставляя новые поколения двигаться по невидимым траекториям прошлого».
— Григорий Каганов, из книги «Санкт-Петербург: образы пространства»
«…Существует между реальной картиной и памятью, в неопределенном промежуточном пространстве. Именно трансформация перцептивного образа в нечто неуловимо иное останавливает движение актуального времени»
В Санкт-Петербурге сады и скверы часто выступают не как фон утраченной архитектуры, а как её пространственный эквивалент. Скверы, сады и парки, построенные в паре с особняками, домами и церквями, выступает формой пространственной памяти об утраченной архитектуре. Они сохраняют «почерк» исчезнувших или перестроенных зданий, превращая ландшафт в немой архив коллективной памяти. Там, где снесли дом или храм, осталась его тень в планировке сквера; где перестроили особняк, сад продолжает хранить память о постройке.
Актуальность исследования обусловлена смещением фокуса в современных исследованиях с материальной реконструкции на пустоту и ландшафтную преемственность, ведь урбанизация часто меняет облик города, иногда забирая с перестройкой целую историю. В условиях коммерческого освоения исторических кварталов Петербурга традиционные методы сохранения наследия часто игнорируют историческую застройку и её особенности.
Принцип отбора визуального материала: 1. историко-топографическая привязка (локации с документально подтверждённым фактом утраты или радикальной перестройки, как правило с сайта pastvu.com) 2. композиционная выразительность (видимые следы фундаментов, интегрированные в рельеф, продолжаемая в сквере геометрия здания) 3. визуальная часть исследования формируется по принципу сопоставления, где каждый объект рассматривается как многослойная визуальная структура, все материалы важны для изучения.
Принцип работы с текстовым материалом: Текст рассматривается как нарративы, формирующие историю места. Текст не диктует визуальную интерпретацию, а служит контекстуальным фильтром: объясняет, почему определённые элементы ландшафта сохранились, а другие исчезли, повествует хронологию места.
Моё визуальное исследование позволяет зафиксировать и интерпретировать те слои городской геометрии, которые продолжают функционировать как носители исторического опыта через масштаб, ритм, композиции и растительные паттерны. Цель исследования — выявить и сравнить визуальные приёмы, посредством чего и где садово-парковые пространства Петербурга функционируют как формы памяти.
Гипотеза исследования
Я предполагаю, что планировочная геометрия садов, скверов, аллей, садиков не является утилитарной или случайной, а напрямую транслирует фасадные ритмы и функциональные зоны исчезнувших или перестроенных зданий. Визуальный анализ ландшафта способен стать самостоятельным инструментом историко-культурной реконструкции, где изображение, фотография выступают не иллюстрациями, а первичными данными, формой памяти. Исчезнувшее или изменённое здание продолжает жить на своём месте.
Многие исследователи изучали концепцию устойчивости городской формы: Альдо Росси в «Архитектуре города» (1966) обосновывает преимущество плана над функцией здания, рассматривая его как главный архив памяти места, а Поль Рикёр развивает эту мысль, трактуя городскую топографию как пространственный каркас, который фиксирует коллективное прошлое и структурирует воспоминания общества, память людей. Пьер Нора определяет «места памяти» как материальные или символические остатки прошлого, в которых коллективная память обретает конкретную форму и способность сохраняться. Всё это легло в основу гипотезы моего исследования.
Утраченные здания
«Места памяти — это прежде всего те останки, где память кристаллизуется и находит свое убежище… Они возникают из чувства, что естественной памяти больше нет, а значит — необходимо создавать архивы, праздновать годовщины и поддерживать святыни, иначе прошлое сотрется окончательно».
1. Фрагмент исторического плана Санкт-Петербурга с обозначением церкви святых Косьмы и Дамиана 2-3. Церковь святых Косьмы и Дамиана лейб-гвардии Сапёрного батальона, 1879–1880-е годы
Церковь Косьмы и Дамиана лейб-гвардии Сапёрного батальона — это утраченный православный храм в центре города, располагавшийся на Косьмодамианском переулке (сейчас носит название Мелитопольский).
Каменный храм был построен в 1879 году вместо деревянного, сгоревшего при пожаре 1854 года, и действовал до 1933 года, после чего был снесён по решению советской власти, а в 1950-х церковь окончательно снесли при строительстве станции метро «Чернышевская».
1. Памятник «Подвигу сапёров лейб-гвардии Сапёрного батальона при взятии крепости Варна в 1828 году», 1899–1900-е годы, скульптор — П. И. Пучинин 2. Мелитопольский переулок, место исчезнувшего храма
На месте церкви был построен корпус средней школы № 197 и часть наземного вестибюля станции метро «Чернышевская».
Место претерпело множество изменений, одна и та же площадь с небольшим сквером (единственным неизменным на этой улице) была местом притяжения сначала верующих, молившихся о заветном и благодарящих Бога, а теперь — школьников, спешащих на занятия, и прохожих, не замечающих трансформации духовного центра в утилитарный узел повседневности. Скверик рядом по прежнему собирает людей, но уже по другому поводу.
1. Фрагмент исторического плана Санкт-Петербурга и церкви Рождества Христова на Песках, начало XX века 2. Архивное фото. Сквер на 6-й Советской улице, 1960–1965 годы.
Христо-Рождественское Александро-Иосифское братство на 6-ой Советской улице.
Изначально этот исторический район Санкт-Петербурга именовался Песками. В 1780-х годах по проекту архитектора Петра Егорова здесь возвели каменную Церковь Рождества Христова на Песках. Именно этот храм дал название Рождественскому скверу, а также десяти близлежащим Рождественским улицам (в советское время переименованным в Советские).
В 1860-1861 при церкви Рождества Христова на Песках была открыта воскресная школа и библиотека для бедных, в 1863 - приют, богадельня, убежище для нищих и больница. В 1869 г. здесь было открыто первое в России благотворительное общество.
В 1918 г. в ходе антирелигиозной кампании советская власть закрыла и полностью разобрала старинный храм. На освободившемся пустыре разбили зеленую зону с дорожками, которая получила официальное название Рождественский сквер, рядом построили жилой дом.
1. Вид на разрушенное здание Христорождественского Александро-Иосифиевского христианского братства, 2 февраля 1941 года 2. Это же разрушенное здание, 1941 год
Жилой дом рядом с исчезнувшим храмом был разрушен в результате бомбардировки 2 февраля 1943 года, сквер тоже пострадал.
Специалисты провели масштабные археологические раскопки и полностью открыли исторический фундамент церкви в 2012-2014 годах, а к 2020 году, воссозданное по чертежам здание снова стало действующим, а храм выстроен заново.
1. Здание Христорождественского Александро-Иосифиевского христианского братства на углу 6-й Рождественской улицы, начало XX Века 2. Вид на Рождественский сквер и восстановленный храм сейчас
Храм Рождества Христова на Песка́х (Христорождественская церковь) сейчас стоит на фундаменте первоначального храма, вновь является духовным центром для прихожан. Сквер стал носителем памяти о священном месте, впитал в себя ярость и разрушительность войны 1941-1945-хх, застал реконструкцию храма. Можно сказать, что зелёная зона сохранила в себе отпечаток всего цикла преобразований на этой улице.
1. Мраморный фонтан «Леда с лебедем» в Собственном садике Екатерининского парка, 1960–1970 2. Гранитная терраса с гальванопластическими статуями, современный снимок, Екатерининский парк, Царское Село
Фонтан «Леда» (скульптурная группа «Леда и лебедь») — утраченный фонтан Екатерининского парка Царского Села.
В небольших гротах по сторонам лестницы Екатерининского сада была установлена скульптура на известный сюжет «Леда и лебедь» в виде фонтана неизвестного автора. Во второй половине XIX века скульптуру перенесли на гранитную террасу у Большого пруда, демонтировав фонтанную часть, группа стала самостоятельным памятником. Здесь она находилась до начала Великой Отечественной войны.
После начала войны, с целью сохранения произведений искусств Ленинграда, некоторые из них были закопаны в землю, в том числе и «Леда с лебедем». Несмотря на то, что её предварительно обработали для защиты от окисления, скульптура не выдержала длительного контакта с влажным грунтом и безвозвратно разрушилась.
Это пример «растворении» скульптуры (части сооружения) в месте. Несмотря на то, что произведение искусства утрачено, можно рассмотреть его историю как некое перерождение, случившееся именно там, где скульптура всегда и находилась. Разрушенная, но впитавшаяся в почву Екатерининского парка навсегда, она оставила свой след в истории Царского Села.
1. Церковь Святого Апостола Матфия и Покрова Пресвятой Богородицы (Матфиевская церковь) до 1914 года 2. Современная карта и очертания Матвеевского сада 3. Современный снимок, холм на месте церкви
На Петроградской стороне Санкт-Петербурга, где в настоящее время расположен Матвеевский сад, до начала 1930-х годов находилась православная церковь во имя апостола Матфия и Покрова Пресвятой Богородицы, утраченная в 1932 году в ходе реализации советской антирелигиозной политики.
История наименования зелёной зоны напрямую отражает трансформацию участка. До революции территория не имела официального статуса парка и в городском обиходе ассоциировалась с храмом, поэтому использовалось название «Матфиевская» (по посвящению церкви).
После демонтажа церкви на пустяре был разбит сквер, которому в советский период присвоили имя М. И. Калинина, а в постсоветское время закрепилось историческое наименование — Матвеевский сад.
При посещении сквера я обратила внимание на возвышенность в центре. Сравнив архивные фото и планы, оказалось, что это засыпанный грунтом сохранившийся фрагмент фундамента и остатков снесённого храма.
Таким образом, современная топография участка продолжает сохранять контуры утраченного здания, превращая парк в своеобразный «архив памяти», духовный центр продолжает существовать в форме центра ландшафтной композиции сада.
1. Вид на партер Верхнего сада в довоенный период, 1930-е годы, Петергоф 2. Остов сожжённый немецко-фашистскими захватчиками Большого Петергофского дворца, противотанковаый ров, 1944
Период Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.) нанёс серьёзный урон вековым дубам Верхнего сада Петергофа.
В годы оккупации парковая экосистема подверглась значительным разрушениям: помимо повреждений от артиллерийских обстрелов и пожаров, исторические деревья, включая вековые дубы, массово вырубались оккупационными войсками для возведения оборонительных сооружений, блиндажей и укрепления траншей. К моменту освобождения Петергофа в январе 1944 года от первоначальных посадок сохранились лишь единичные экземпляры.
В ходе послевоенной реставрации погибшие стволы были удалены, а их места заняты молодыми саженцами, высаженными в строгом соответствии с архивными чертежами и гравюрами XVIII века.
Таким образом, современный облик Верхнего сада представляет собой результат реставрации, однако почва хранит историю всех перенесённых ужасов и разрушений.
Петергоф, Большой Каскад. 1. Немецкие офицеры на инспекции в Петергофе, осень 1943 года 2. Декабрь 2020 года
1. Субботник по расчистке территории и восстановлению разрушенных партеров Верхнего сада, лето 1944–1945 гг., Петергоф 2. Архивный снимок сразу после освобождения, 1944 г. 3. Современный вид парка
Восстановительные работы в Верхнем саду Петергофа начались практически сразу после освобождения пригорода от оккупации.
С мая 1944 года в воскресниках участвовали жители Ленинграда и пригородных районов, комсомольские отряды, а также сотрудники музейного комплекса. Волонтёры перемещали значительные объёмы грунта, поэтапно выравнивая рельеф. К весне 1945 года территория была полностью очищена от строительного и военного мусора, спланирована и засеяна травосмесями, что позволило вернуть саду его исторический облик, вдохнуть в него жизнь и начать новую историю.
