Джон Ло: производство реалий

В данном исследовании я разберу вторую главу из книги Джона Ло: «После метода: беспорядок и социальная наука». В этой главе будет описываться особый подход к изучению научного знания и получения информации, на основе опыта двух исследователей в лаборатории. Тема была установлена преподавателем.

Я попробую объяснить простыми словами аргумент Джона Ло о конструировании реалий, и его противоречие интуитивному понятию «открытия» реалий. Для этого я постараюсь объяснить термины, которые он использует, для того, чтобы это мог понять человек, не очень знакомый с данной темой.

После этого я попробую найти примеры художественных работ, которые либо в той или иной форме сами комментируют темы, указанные Джоном Ло, либо те, которые я смогу интерпретировать таким путем. Для этого, я приведу четыре разных примера.

По итогу данного исследования, я надеюсь донести до читателя аргумент Джон Ло, его возможное применение в реальном мире, и постараюсь найти необходимые художественные работы по мере своих способностей.

В Главе 2: «Научные практики» Джон Ло описывает свой опыт наблюдения в Институте Солка за двумя исследователями: Бруно Латур и Стив Вулгар.

Джон Ло аргументирует, что реалии создаются в лабораториях, а не существуют «где-то там» («out-thereness», и что человеческое знание основывается на созданных учеными «черными ящиками».

Для начала, стоит выделить две позиции. Первая позиция — более стандартная и интуитивная. Она говорит о том, что реальность существует, и «обнаруживается» учеными. Ло называет этот пласт знаний «out-thereness», в котором ученые «обнаруживают» знания.

Вторая позиция, та, которую аргументирует Ло, это идея о конструировании реалий. В этой идее знания отражают условия, в которых они были созданы, будь они социальными, экономическими. или какими-то другими.

Так как эта идея может быть сложна для понимания, я постараюсь ее объяснить немного в другом порядке, чем её объясняет Ло. Сначала я попробую объяснить термины, которые использует Ло (от простого, к сложному), и на основе этого, надеюсь, донести смысл его аргумента.

Лаборатория в аргументе Джона Ло это механизм для производства научных утверждений, текстов. Ло использует термин реалии как подтвержденные научные утверждения, независимо от того, объективно «реальны» ли они на самом деле. То есть, в лексиконе Ло, какие-то принятые теории на свой момент являются «реалиями», как например им был Эфир, или орбиты электронов вокруг атома. Джон Ло вводит еще одно понятие «устройство записи».

Устройства записи это то, что приводит к получению научного знания. Это животные, которые участвовали в эксперименте, это сам эксперимент, это компьютер и программа, анализирующая данные. Все эти вещи, поучаствовавшие в производстве научных данных (НО не научных знаний, потому что научные знания будут только тогда, когда их признают другие ученые) являются в своей совокупности устройством записи. Эти устройства записи могут существовать только в лаборатории, и лаборатория не может существовать без них.

Чтобы понять что такое хинтерланд, мы можем представить пространство, или, еще проще, двухмерную карту. На данной бесконечной карте располагаются все бесконечные потенциально возможные человеческие знания и реалии. Хинтерланд это область на данной карте, которая включает в себя те знания и реалии, которые мы можем создать. Данная область диктуется нашими методами познания, включая в себя устройства записи. В чем-то устройства записи диктуют то, каким образом выглядит хинтерланд. Т.е. хинтерланд можно представить как путь по данной карте, который был бы совсем другим, если бы методы получения знания были иными, например из-за культурных или экономических черт.

Очень упрощенным примером может послужить мир, в котором у нас есть камера, но нет микрофона. Хинтерланд такого мира будет выключать в себя визуальную информацию, поскольку у нас есть камера, чтобы ее познать, но не будут звуки, поскольку у нас нет микрофона (игнорируя человеческий слух).

Реалии в «out-thereness» — судьба, это какие-то объективные знания (может непостижимые человечеством). В «out-thereness» нет неточностей, в нем располагается точное описание атома, как он объективно работает, и это знание — бесспорно и неопровержимо по определению. Все «неправильные» теории — всего лишь промах мимо, или неточность по отношению того, что находится в  "out-thereness".

В противопоставление этому, в пространстве, в котором располагается хинтерланд, существуют бесконечные описания этого атома. Начиная с того, что он не существует вовсе, какие-то идеи атомизма, и квантовые, и не квантовые его описания, и до всех остальных потенциальных описаний данного атома. Все эти знания субъективны и обусловлены нашими возможностями, культурой, и желаниями.

Черный ящик — очень сложный термин, это совокупность каких-то методов или знаний (помещенных в черный ящик), даже попытка изменений которых невыгодна, поскольку может следовать за собой изменение всего хинтерланда. Черный ящик будет проще объяснить в главе, описывающей применение данных знаний в реальном мире.

Хинтерланд в этом плане, довольно человечен, и исключает концепт какой-то объективной судьбы.

Подытоживая, Джон Ло спорит с наличием какого-то пространства с объективными знаниями, для которого человечеству нужно найти подход, чтобы их всего лишь открыть. Ло считает, что знания и реалии конструируются нами в лабораториях, и обусловлены нашим хинтерландом, который в свою очередь, создается из наших устройств записи, и, немаловажно, нашей культурой.

Логично будет спросить, в чем смысл данного текста, как это влияет на нашу жизнь и науку? В этом плане я, как и обещал, вернусь к идее черных ящиков, но для начала, мне нужно привести другой пример.

Евклид, написав «Начала», собрал почти все знания о математике на тот момент. Сделал он это простым путем. Он ввел несколько постулатов — простых, в чем-то «очевидных» явлений, на основе которых он логически выстроил бы всю остальную математику, как на фундаменте здание. Эти постулаты, свойственно им, описывали простые и емкие вещи, точки, линии, и подобное. Однако один из них отличался своей сложностью, известный «пятый постулат». Математики потратили века, чтобы «улучшить» его, попробовать исключить, упростить, или перевести в теорему.

Несмотря на все попытки, переписать «Начала» без него не удалось. Однако, мы нашли другую геометрию, без «пятого постулата» — неевклидову геометрию. Мир не стал другим, и мир не стал неевклидовым, но это не значит, что все это было зря, ведь неевклидовая геометрия очень часто применяется в нашей жизни.

Эти постулаты — пример черных ящиков. Это что-то, что находится так глубоко в нашем научном понятии, что пытаться найти ему опровержение — экономически невыгодно. Зачем пытаться найти опровержение чему-то, что разные ученые доказали уже много раз, если можно просто продолжить работать в уже существующем хинтерланде?

В этом я и вижу смысл текста Джона Ло, он говорит нам о том, что стоит глядеть на науку таким путем. Может быть стоит пытаться изменить хинтерланд, задавать вопросы к нашим черным ящикам, а не забывать их, ведь делая это, мы можем найти новые вещи, которые, если бы мы этого не делали, навсегда остались бы за пределами нашего хинтерланда.

Контраргументом данного высказывания будет то, что проводя аналогию с «Началами», мы бы и так «обнаружили» неевклидову геометрию. То есть у нас не было бы необходимости рассматривать это как хинтерланд или как черные ящики, а например, сферическая геометрия, была бы просто обнаружена каким-то другим путем.

Заключая, здесь нет правильного ответа, и не факт, что его необходимо искать. Уважение и рассмотрение обеих точек зрения может помочь нам продвигать науку вперед в любом случае, ведь это должно быть нашей главной целью. Существует хинтерланд, или же его нет, и есть только «out-thereness», не так важно, как то, что мы поднимаем эти вопросы в принципе.