КОНЦЕПЦИЯ
Связь человека и природы является вечной темой в искусстве и интересует творцов разных эпох, Именно поэтому многие художники воспевают природу как то, из чего происходит все живое, вдохновляясь растительными и анималистическими мотивами.
В визуальном исследовании я поставила для себя задачу проанализировать как природные, органические мотивы проявлялись в скульптуре в XX веке на примере работ выдающихся скульпторов биоморфной абстракции. А также проследить идентичность или различие в художественном языке разных авторов этого стиля.
Гипотеза исследования: Я предполагаю, что в период масштабных изменений в технологиях, наращивания индустриальной мощи в странах по всему земному шару, многие творцы интуитивно ощущали потребность обратиться к чему-то вечному, что может существовать независимо от сил и интеллекта человека. К природе, чьи процессы зачастую не поддаются объяснению, но должны быть воспеты в подобные времена становления техногенности и давления машин над человеком. Многие художники и скульпторы обратились к «живому» в попытке сохранить эту «живую» суть в искусстве, в противовес различным конструктивным веяниям. Вдохновение различными биологическими структурами вылилось в возникновние стиля биоморфной абстракции, мягкого, лиричного, который проявился в абстрактной скульптуре. Основными чертами стиля являются:
- Плавность форм
- Параллели с языком природы
- Взаимодействие со зрителем с помощью осязания
- "Говорящие" осязаемые материалы
ЧТО ТАКОЕ БИОМОРФНАЯ АБСТРАКЦИЯ
Органическая (биоморфная) абстракция – художественный стиль, появившийся в ХХ веке, характеризующийся использованием плавных, округлых форм, вдохновленных природным началом и отвлеченностью от геометричности и четкости изображаемого.
В основе стиля лежит идея Анри Бергсона о единстве природы и искусства начала 1900х годов. Философ полагал, что искусство – это наилучший способ выражения непрерывного творчества природы и только с помощью искусства можно постигнуть созданное живой средой, так как в основе искусства и акта природного творчества лежит интуиция.
Таким образом, природа есть художник, так как оба могут действовать непредсказуемо, без скриптов и рождать новизну.
Биоморфизм переводится как жизненная, живая форма или стремление быть похожим на живое существо. Автором термина является Альфред Барр, первый директор МоМА и историк, придумавший термин на выставке куббизма и абстрактного искусства в 1936 году:
«… криволинейный, а не прямолинейный, декоративный, а не структурный и романтический, а не классический в своем восхвалении мистического, спонтанного и иррационального». [1]
ГЕНРИ МУР
Вся природа — бесконечное проявление формы и очертаний.
Битанский скульптор был одним из первых кто начал отражать в абстрактной скульптуре связь природы и человека. Главным учителем Мура была природа. Он вдохновлялся различными природными объектами, раковинами моллюсков, корягами, костями и брал форму этих элементов для построения архетипов своего творчества – главных тем. Основные темы творчества Мура пронизаны гуманизмом и заявляют о тесной взаимосвязи человека и окружающей среды:
- Лежащая фигура
- Материнство
- Негативное пространство
лежащая фигура
Поиск формы и пластики скульптора вдохновлен доколумбовыми мексиканскими каменными статуями Чак-Мооль (фото слева), изображающими упрощенную фигуру человека с повернутой головой. В фигурке заметно преобладающее соприкосновение формы с плоскостью, соседствующее с одновременной грациозностью и легкостью тела, которое будет отражать в скульптурах Мур, словно объект и не ищет опоры в плоскости, существуя самостоятельно как единое целое.
Кроме того, Генри Мур был впечатлен картиной Сезанна "Большие купальщицы" 1906 (фото слева). Мягкие, наполненные воздухом и в то же время поражающие телесностью силуэты купальщиц нашли отражение в гуманистическом аспекте скульптур Мура, наталкивая на мысль о схожести природных форм и тела человека.
В лежащей фигуре Мур изучает пустое пространство, путем истончения линий, что напоминают кости человека, ребра или грудную клетку. Здесь можно сказать про сюрреалистичность человеческой фигуры и в то же время ее понятность и простоту через осмысление скульптуры как природного объекта, например извилистой коряги или наростов коралловых рифов.
тема материнства
Тема Материнства изучается Муром через преобладание в скульптурах округлых гиперболизированных женских форм, присущих, например палеолитическим венерам, а именно подобная удлиненная, но в то же время округлая форма встречается в статуэтке Венеры Леспюгской. Нежность линий исследует тему слияния двух сутей дитя и матери, единого, но осознанно разделившегося целого, отсылающего к мотиву воды, волн, набегающих на побережье, втекающих одна в другую. Тему материнства также можно рассматривать как более масштабную: рождение одной формы из другой, происхождение двух подобий.
«Капюшон», Генри Мур, 1982
«Маь и дитя», Генри Мур, 1986
негативное пространство
Изучая негативное пространство, Мур проделывает сквозные отверстия и таким образом открывает взаимодействие окружающей среды и скульптуры. Каждое подобное расстояние может восприниматься как отдельная композиция.
Негативное пространство в скульптуре отсылает к теме взаимодействия природы и времени: образование отверстий в морских скалах, обточенных волнами на протяжении веков, Также скульптор передает тему бесконечности пространства а значит и времени, свободно втекающим и вытекающим в отверстия скульптуры и обволакивающим ее и пересекающимся с другими, заполненными пространствами - плоскостями скульптуры. (На фото "Внутренняя и внешняя форма, Генри Мур, 1952)
Еще такую игру с формой и пространством можно сравнить с дыханием плотного тела скульптуры с помощью легких, что роднит объект с живым существом будь то человек или природное создание, или даже с вакуолью растительной клетки. И, пожалуй, самое интересное и неожиданное сравнение напрашивается с арахисом в скорлупе, если его вскрыть, ядрышки как раз будто бы образуют негативное пространство!
Первое отверстие, сделанное в камне насквозь — это откровение. Дыра связывает одну сторону с другой, сразу же создавая ощущение большей трехмер- ности. Отверстие само по себе может иметь такое же значение, как и твердая масса. На воздухе возможна скульптура, где камень только сдерживает отверстие, имеющее намеренную и осознанную форму. Тайна дыры — это таинственное очарование пещер в склонах холмов и скалах.
«Птичье гнездо», Генри Мур, 1986
«Струнная фигура, Генри Мур, 1939
Часто Мур заполнял негативное пространство натянутыми струнами, словно прожилками, соединяющими ткани листа. Такой прием использовала в своих работах и Барбара Хепуорт, изучая технику создания отверстия в различных материалах.
БАРБАРА ХЕПУОРТ
Вся моя скульптура исходит из пейзажа. Меня тошнит от скульптур в галереях и фотографий с плоским фоном… ни одна скульптура по-настоящему не живёт, пока не вернётся к пейзажу, деревьям, воздуху и облакам.
Цветок в одной из скульптур Барбары Хепуорт
«Три формы», Барбара Хепуорт, 1935
Хотя негативное пространство в скульптурах Мура встречается довольно часто, изобретение «прокола» в материи скульптуры принадлежит именно Барбаре Хепуорт. Свой первый опыт, созданный в 1931 году, она назвала «Проколотая форма» (Фото слева).
Струны, как говорила сама Барбара Хепуорт, были "напряжением", которое она чувствовала "между собой и морем, ветром или холмами".
Между плавными, округлыми формами скульптур Мура и Хепуорт можно выявить множество различий. В скульптурах Барбары прослеживается большая невесомость и исследование света, проникающего через отверстия, Барбара, работая в органической абстракции, выбирает чаще всего единые формы, не связанные с чем-либо антропоморфным.
Прототипом ее скульптур могут служить плоды экзотических фруктов, раковины моллюсков, но в этих формах мы не найдем гуманистических начал как в творчестве Мура, которое более телесно.
Барбара размещала скульптуры на открытой местности, в своем любимом саду в Сент Айвсе, он напоминает "дом для природы" с "ботаническим" интерьером, настолько гармонично и живописно скульптуры вписаны в окружающую среду. Творчество Хепуорт как бы приспособлено к ландшафту:«...Он (ландшафт) имеет кости и плоть, и кожу, и волосы. У него есть история и закон, помимо эволюции», писала Хепуорт.
Сад скульптур Барбары Хепуорт, Сент Айвс, графство Корнуолл
Такое же взаимодействие с природной средой было присуще и Муру, он был убежден: «Нет лучшего фона, чем небо, потому что благодаря нему вы видите контраст объемной формы с ее противоположностью — пространством». Стремление соединить скульптуру и ландшафт Мур смог воплотить в собственном парке Перри Грин в Хартфордшире.
